Ренни вздохнула.
— Наверное, я слишком перенервничала, муж имел привычку забывать о таких вещах. По-моему, иногда он забывал даже о том, где живет. Похоже, обида на него останется навсегда. — Она еще раз вздохнула и закончила — Теперь моя очередь просить прощения.
Джесси ласково погладил ее по плечу. Напряжение понемногу ослабело, и возникло какое-то новое состояние.
— Я рад, что мы во всем разобрались. Вы так жестоко терзали этот несчастный, совершенно невинный кочан салата, я даже начал опасаться, что вы сейчас швырнете его в меня.
— Если бы я держала в руках заливную рыбу, — усмехнулась Ренни, — то наверняка сделала бы нечто подобное.
Джесси погрузился в задумчивость.
— Прежде чем я решу, что мне больше нравится, хотел бы вас спросить: вы не собирались класть в этот салат анчоусы? — Ренни содрогнулась от отвращения, и в его карих глазах сверкнули огоньки. — Ответ, надо понимать, отрицательный. В таком случае вы правы, желе гораздо неприятнее.
Джесси повернул ее к себе, чтобы поцелуем изгнать остатки печали из серых глаз Ренни. Но едва он наклонился, в кухню вошла Бриттани, а следом за ней Бекки. Мужчина и женщина отпрянули друг от друга, словно подростки, застигнутые за недозволенными занятиями.
— О нет, Ренни, все в порядке. У вас в глазу ничего нет. Теперь вам получше?
Вряд ли девочки поддались на его уловку, но он почувствовал, что должен выручить Ренни, поскольку даже его скромные сведения о ней приводили к однозначному заключению: Бекки никогда не видела, чтобы мать целовалась на кухне с мужчиной, а тем более с человеком, которого знает всего несколько дней.
— Да, сейчас уже хорошо, спасибо за помощь, Джесси. Судя по тону, Ренни оценила его благородный порыв. Она подошла к девочкам, обняла Бекки за плечи:
— На этой неделе мы еще много времени проведем вместе. А в пятницу вечером начнем продавать сладости.
Девочки радостно загалдели, обсуждая предстоящую распродажу и предполагаемую выручку.
Пока они обсуждали необыкновенные возможности, Ренни взглянула на Джесси. У него было такое лицо, словно он проглотил какую-то гадость. Правда, это выражение моментально исчезло, и Ренни даже засомневалась было ли оно на самом деле.
— Я ничего не перепутала? Мы ведь договаривались на пятницу, да?
— Конечно, в пятницу очень удобно. — И чтобы избежать других вопросов, он потащил Бриттани к выходу. — Еще раз спасибо за все, Ренни.
Сначала она даже растерялась. Почему Джесси вдруг заторопился, ведь буквально пару минут назад он хотел её целовать? Может, она неверно истолковала его намерения? А этот взгляд, эта искра, проскочившая между ними, это влечение? Такое не спутаешь ни с чем. Нельзя упускать его, не удостоверившись, что все хорошо.
— Значит, встретимся завтра? — спросила Ренни, провожая их до двери.
— Завтра? — Он выглядел каким-то затравленным.
— Да, завтра четверг, и все руководители клубов собираются увезти свои конфеты, — принужденно улыбнулась она. — Те самые, которые заняли в гараже место вашего сверкающего любимца.
— А, конфеты… Да — да, приезжайте за ними в любое время. За исключением миссис Биллингс, все приедут днем.
— Неужели вы сдались и отдали ей все раньше?
— Она забрала их сегодня днем, — с вызовом ответил Джесси.
Онушел, оставив Ренни в полном недоумении. Что так сильно его огорчить?
Ежевечернее укладывание девочек спать проходило довольно гладко. В первый же вечер, убедившись, что дядюшка, несмотря на их ожидания, не собирается им потакать, они легли в установленное время и без особых пререканий. Лекси, правда, высокомерным тоном заявила, что уже взрослая и давно избавилась от привычки слушать перед сном сказки. Но Бриттани великодушно позволяла дяде читать ей по вечерам любимые книжки.
Оставив уснувших племянниц, Джесси спустился гостиную, с тоской настраиваясь на звонок Ванессе.
Когда Ренни упомянула о предстоящей именно в пятницу распродаже конфет, он чуть не задохнулся, будто его ударили в солнечное сплетение. Наверное, в другой ситуации он бы так не отреагировал. Но ведь перед этим он пятнадцать минут убеждал Ренни, что не относится к типу мужчин, постоянно забывающих свои обещания. Если бы она узнала, что у него уже намечено свидание с другой женщиной, прощения ему не было бы. Джесси в этом не сомневался.
И все-таки не слишком приятно говорить Ванессе об отказе. На приеме у мэра заводятся полезные знакомства, происходят встречи с нужными людьми, что может весьма поспособствовать и ее, и его карьере. Предпочесть такому важному мероприятию нелепую распродажу конфет? Ванесса, которая ради карьеры способна на все, сочла бы такой поступок немыслимым.