– Леви, я не понимаю, почему…
– Я сама не понимаю, – жалобно проговорила демоница, закусив дымную губу. – К счастью, никто не знает, что он с тобой!
– Может, просто отдать его им, и проблема исчезнет сама собой? – недовольно пробормотала я, косясь на мужчину.
– Нельзя! – воскликнула Левиата, и из ее рта вырвалось еще одно маленькое дымное облачко. – Потом объясню, но это похоже на крупный заговор! Боюсь, что тебя тоже подставили с этим заданием…
– Но мне вроде даже наказание не назначили, – пробормотала я задумчиво.
– Странно, не находишь? – Леви закашлялась, будто подавившись собственным дымом, и добавила: – Прячьтесь! Я скоро выйду на связь — как только что-то прояснится.
Договорив, она послала воздушный поцелуй, и дым всосался обратно в амулет, с громким хлопком взорвавшийся прямо в моей руке. Только мерцающая пыль осела на сарафан.
– Ладно, твоя взяла, – недовольно проговорила я, недобро глядя на Адриана. – Пустоши Отчаяния отменяются. Отправимся в более приятное местечко.
Глава 9. Мэлли, ты привела мальчика?
– Мам, пап, я привела грешника!
Дом встретил покоем и умиротворением. Плотоядные розы вяло клацнули зубастыми сердцевинками в мою сторону, но отчего-то быстро присмирели. Я оглянулась на Адриана — тот сохранял привычную невозмутимость. Даже когда из гостиной раздался мамин голос.
– Но, дорогая, я же на диете!
– Мы не будем его есть, – фыркнула я, заглянув комнату.
Родители снова были в своем репертуаре. Дальняя стена большой гостиной преобразилась: кирпичная кладка и привинченные как попало ржавые железяки долженствовали изображать инквизиторский подвал времен человеческого средневековья. Мама в черных кружевных лохмотьях играла роль прикованной в провокационной позе ведьмы, а папуля в сутане с белым воротничком — самого инквизитора. Судя по красным засосам на разных частях тела Кариссы и следам от плетки, которой папа нетерпеливо постукивал по бедру, дело двигалось к финалу.
– Мам, пап, это Адриан, – быстро представила я подошедшего мужчину. – Адриан, это Карисса и Аллион, мои родители. Все, мы пошли наверх.
– Очень приятно, – вежливо кивнул грешник, не дрогнув ни единым мускулом на лице. Как удачно, что его невозмутимость здесь тоже работает. Не уверена, что смертные привыкли к подобным зрелищам.
– И нам, – томно выдохнула мама, отчего ее почти не скрытая кружевом грудь колыхнулась, привлекая обратно внимание подозрительно сощурившегося на Адриана отца.
– Идем, пока папуля отвлекся, – шепнула я на ухо кондитеру и потащила за собой. – Вернемся, когда они закончат — он станет посговорчивее.
– Ты будто мальчика домой впервые привела, – фыркнул мужчина, буквально озвучив мои мысли: сценка в гостиной и правда вернула меня в те времена, когда я была подростком и только начала общаться с противоположным полом.
И если парни-инкубы были более-менее привычные к открытому выражению чувств в семье, то другим видам демонов и дьяволов приходилось несладко.
– Я думаю, они поняли, что я тебя не за этим домой притащила, – отмахнулась я. – Я вами, смертными, сыта по горло пока что. На материальном плане хватило…
Я осеклась, поняв, что выдала себя с головой. Ох, язык мой… друг, конечно, особенно в некоторые моменты… Но не сейчас!
– Значит, это все же была ты, – спокойно кивнул Адриан. – Хорошо.
– Мало ли зачем я хожу на материальный план? – тут же огрызнулась я, злясь на себя за промашку. – На тебе свет клином не сошелся.
– Не сошелся, – задумчиво протянул он. – Меня всего лишь зачем-то убили, подделали документы, перевернули вверх дном всю вашу Бездну, а теперь еще и ищут, – подвел он неутешительный итог.
Слишком сообразительный смертный.
– Что, и родителей моих не прокомментируешь? – попыталась я переключить его внимание. Переключила: Адриан посмотрел на меня с жалостью, как на юного демоненка, впервые отправившегося на материальный план и обнаружившего, что там его все принимают за плюшевую игрушку.
– Давай прокомментирую, если тебе хочется. – Снова этот нечитаемый взгляд из-под ресниц. – Они взрослые люд… демоны и занимаются своими делами в собственном доме, никого не трогая... Если бы все брали с них пример, то мир стал бы гораздо лучше.