И вот сейчас всё повторяется: неадекватное поведение Гирта, дорога, скорость… Только сейчас ещё две напуганные девушки на заднем сидении.
Курт только покачивал головой, нервно растирая вспотевшей ладонью пересохшие губы и сильнее вжимаясь спиною в кресло.
Мелькающие полосы на раскалённом асфальте.
Крутой поворот и… Несущаяся по встречной полосе огромная фура.
— Гитр! Сворачивай! Тормози! — заорал не своим голосом младший брат.
Старенький Nissan начал петлять.
Вывернув перед самым носом фуры, он с диким стоном колёс, жутким скрежетом и визгом неуправляемых тормозов вылетел на встречную полосу.
— Не-е-ет! — закричала Юстина, увидев как на них несётся здоровенный внедорожник.
Затормозить вовремя он не успевает.
Сильнейший удар от столкновения, звуки бьющегося, и, рассыпающегося мелкими осколками, стекла, дикие крики ребят, пленённых металлическими тисками кузова автомобиля.
— Я не хочу умирать! — послышался жалобный стон Домианы и это было последнее, что услышала Юстина теряя сознание.
«Да-а, парням повезло, а вот девушкам пожалуй не выкарабкаться…» — переговаривались между собой работники скорой помощи, с грустью поглядывая в сторону совсем юной брюнеточки.
«Красивая. Вся жизнь впереди…»
«Да-а не повезло…»
Карета скорой помощи подлетела к зданию городской больницы. Носилки. Санитары.
«В реанимацию!»
Суета…
Быстрые шаги…
Громкие голоса…
Тишина…
— Это ты во всём виноват! — негодовал Курт, остервенело удерживая брата дрожащей рукой, испещрённой многочисленными ссадинами и царапинами, за распахнутый ворот ветровки. — Если с Домианой что-то случится, я тебе этого не прощу! Слышишь! Никогда не прощу!
Остекленевшим, ничего не осознающим взглядом Гирт пялился в пустоту.
— Сволочь! Какая же ты сволочь! — прошипел Курт сквозь стиснутые зубы, прожигая брата испепеляющим взглядом. — Да зна…
— Молодые люди, а вам не кажется, что для выяснения отношений здесь не совсем подходящее место?! — послышался строгий голос пробегающей мимо женщины в белом халате, производя на парней отрезвляющий эффект.
Хватка брюнета ослабла. Израненная рука медленно соскользнула вниз, безвольной плетью повиснув вдоль тела.
Время тянулось на столько медленно, что, казалось, прошли не часы, а годы ожидания до того момента, как в серый унылый больничный коридор вышел врач и сообщил, что обеих девушек прооперировали и поместили в реанимацию.
Теперь, только время и терпение. А ещё — надежда… Надежда на положительный исход и скорейшее выздоровление.
Домиана и Юстина медленно поднялись на ноги, отряхивая с одежды налипшую листву, попутно, осматриваясь по сторонам. Ничего собственно необычного. Залитая тёплым солнечным светом поляна, усыпанная луговыми цветами и травами, источающими дивный медовый аромат. Всё те же ясные небеса над головой со стайками пролетающих мимо, задорно щебечущих, птиц. Белоснежные перистые облака, подгоняемые потоками тёплого ветра.
Не усмотрев в этом царстве покоя и безмятежности абсолютно ничего, что могло напомнить о событиях предшествующих их нахождению именно здесь, с опаской переглянулись и вновь погрузились в затаённые глубины, ничего не соображающего и оттого не выдающего подсказки, сознания.
— Твои версии? — наконец первой нарушила трагическое безмолвие Юстина.
— Мы в раю! Обе! — проговорила Домиана, настороженно вслушиваясь в доносящиеся откуда-то издалека отголоски местной фауны.
— Почему-то меня впервые не смешит твой юмор, — пролепетала Юстина, напряжённо щуря тёмные, словно безлунная ночь, глаза.
— А я не шучу, — уже капризно протянула блондинка. — Не понимаю, какого лешего мы тут делаем? И где парни?
— У меня тот же вопрос, — прошептала брюнетка на выдохе.