Объятия, объятия, объятия… бесконечные ласки и их губы, наконец-то, сливаются в жарком ненасытном поцелуе, длящемся бесконечно долго. Влажные языки трутся друг о друга, кружась и сплетаясь в страстной агонии. Играясь, дразнясь, а потом сцепляясь в схватке… дерзко и напористо, безумно и знойно. Одновременно с танцем языков, безумствовали нетерпеливые ладони, которые жадно оглаживали каждый изгиб податливого тела, сминая жёсткими пальцами высокую чувственную грудь. Нон теребил упругие сосочки, перекатывая их меж пальцев, лаская шершавыми подушечками. Извиваясь в его тёплых руках, она жалобно стонала, не разрывая, туманящего разум, поцелуя. Он вдыхал каждый её стон, сипло хрипя в ответ.
— Мне никогда не было так хорошо, Тори.
— Мне тоже.
Их тела, подобно воску у огня, плавились в настойчивых руках, вопрошая о большем. В какой-то момент, Вика вздрогнула, словно оглушённая выстрелом:
— Нон, а что если мы не сможем быть вместе?
Во власти времени и тьмы
Души коснулись звуки прошлого
Сжимая сердце ядовитою тоской
И те, кого любили, так непрошено
Нас позовут, забыв обиды, за собой...
Замок Вуудоуэль. Юстина.
Тем временем в замке, Юстина, в очередной раз, успокаивала подругу.
— Я захожу в комнату, а он... он... — огромные глаза подруги выглядели потухшими, словно безжизненными, — с Кристэль, понимаешь?
— Это точно был он? В комнатах царит мрак, — приговаривала Юстина поглаживая подругу по плечу, — ты могла перепутать.
— Он, Юстина, — не переставала всхлипывать блондинка. — Его изумрудно-зелёное сияние я не спутаю ни с одним другим. Он... он меня не любит, Юстина.
— Боже, о какой любви ты говоришь, Домиана? У тебя есть Курт. Он действительно тебя любит.
— Да, ты абсолютно права, — бубнила под нос Домиана, пытаясь и себя уверить в том же. Размазывая слёзы ладонью, она издавала короткие рваные всхлипы, напоминающие отголоски затихающей бури. — Ведь когда-то же это закончится. Верно?
— Верно, родная, — уверяла подругу Юстина, а у самой сердце сжималось от боли и сожаления. От мысли о том, что она так беззащитна сейчас и зависима от обстоятельств. А ещё о нём. О Жозэле. Как же она сможет без него. — Конечно закончится.
"Жозэл. Мой Жозэл. Не видела его несколько дней и так соскучилась. Я эгоистка. Самая настоящая. Нагло влезла в его жизнь, нарушила привычный ритм, его грандиозные перспективы на будущее, а сейчас ещё и претендую на серьёзные отношения с ним... "
На экране пульта высветилась цифра шесть.
— Шестая, — пролепетала Юстина, словно пробуждаясь ото сна. — Мне надо идти, Домиана. Прости меня ради Бога.
Попритихшая подруга лишь кивнула в ответ.
Постучав в дверь и не дождавшись ответа тихонько вошла. В комнате витал какой-то смоляной запах, тесно переплетающийся с ароматами сырой осени и, притоптанных к земле, опавших листьев.
И вот уже не в первый раз, Юстина отметила, как остро она стала чувствовать посторонние запахи, недоумевая отчего это.
Повернув голову, она заметила витающую над кроватью лиловую дымку. Прочистив горло и устремляя взгляд в темноту, негромко поинтересовалась:
— Простите, куда я могу поставить эликсир и напитки.
— Ты имеешь ввиду нектар? — послышался низкий, разрезающий глухую тьму и оглушающую тишину, мужской голос.
— Да. Именно это я и имею ввиду, — кивнула Юстина в никуда.
— Поставь, милая, на столике возле кровати.
Выполнив просьбу мужчины, подскочила на месте от вновь завибрировавшего в кармане пульта.
"Да чтоб вас, — смачно выругалась, спешно покидая комнату и раздражённо взирая на экран, — комната номер два".
Намереваясь вновь отправиться в погреб за чудодейственным нектаром, резко развернулась натыкаясь на внушительную, плечистую такую, преграду.
— Куда направляешься, красавица? — прозвучал мягко, но настойчиво голос давнего знакомого.
Решительно отойдя в сторону и пытаясь обойти наглеца, попыталась сделать хотя бы шаг, но мужчина синхронно повторил её действия.
— Торопишься? — прозвучало лукаво.
— Вас это не касается.
— Дерзкая? — с хищным оскалом лица, он слегка отклонил корпус назад и принялся бесцеремонно разглядывать Юстину.
Цепкий взгляд скользил по телу с головы до ног, словно облизывая... пожирая
— Что вам от меня надо?
— То же, что и Жозэлу, — и не успела девушка влепить наглецу пощёчину, как тот закончил: — Эмоции.
Вуудоуэль. Виктория.
Шёлковая ткань соскользнула с плеча, оголяя выпирающие ключицы. Склонив голову, Нонэл тут же провёл влажным языком сначала вдоль одной, потом другой, плавно переключаясь на плечи, тонкую шею и останавливаясь на мочке уха, нежно посасывая, обхватывая опухшими от поцелуев губами. От распирающих изнутри эмоций Виктория выгнулась, подставляя упругую, налитую желанием грудь, в его жаркие уста.