— Да-да, прости, не перебиваю больше!
— Ты очень любезен, — Жоз благодарственно склонил голову на бок и продолжил. — Дело в том, что я был в больнице.
— Что-о-о? — Страсэл на мгновение замер? — Ты видел Юстину? Но… как?
— Ты обещал не перебивать. Тётя вычислила её местонахождение и помогла мне её найти.
— Один вопрос и я нем как рыба. Домиана, Вика… они тоже там?
— Про Вику я не знаю, а Домиана… Да, она тоже была там, но её состояние намного лучше, чем у Юстины. Скажу откровенно. Её уже выписали и она вернулась домой. А вот моя Юстя. Точнее та жалкая тень, что осталась там, на земле… Навряд ли выкарабкается.
— Не понимаю твоей реакции. Тебе её не жаль? Она умрёт? Жоз! Объясни. Я ничего не понимаю. Все эти девушки лишь мираж? Но я же… я же чувствовал её физически. Её губы ласкали мою кожу. Мои руки касались её тела. А запах, я чувствовал её запах. Свежесть раннего утра, с каплями росы на прекрасных цветах, обласканных предрассветными лучами. Хочешь сказать, я полюбил тень?
— Как раз нет. Там в больнице осталось физическое тело. Но оно только внешне имеет плотную структуру. В реалии, это всё равно, что фантом. А вот у нас… К нам попадает энергетический сгусток, сохраняющий форму и физиологию реального человека. Так называемый энергон. Причём на Земле остаётся искажённая болезненная форма существа, а к нам попадает здоровый кокон, ну или целостный энергон. Обладающий всеми функциями абсолютно здорового человека.
— А Вика? Как ты объяснишь её головные боли?
— В результате крушения самолёта, она получила тяжелейшую черепно-мозговую травму и, видимо, последствия случившегося оставили свой след даже в энергоне.
— Чего? Откуда ты это знаешь? Впрочем, не сложно догадаться. Без тётушки Жозефины тут не обошлось. Но, почему вы не расскажете ей правду? Она даже имени своего не помнит.
— Как раз-то имя она вспомнила. А вот всё остальное… Тётя не имеет права говорить. Хотя, она знает всё про всех нас, — Жозэл затих.
— И про меня?
— И про тебя, Страсэл!
— Я попаду в третий стэп?
— Да.
— Именно поэтому ты не хочешь узнавать адрес Домианы? — тяжело сглотнув, он с таким отчаянием взглянул на Жозэла, что даже ему стало его жаль.
— Хочешь разбить ей сердце окончательно и потом исчезнуть из её жизни навсегда? Это низко и подло, Страс!
— Грёбаные правила! Почему мы не можем быть с теми, кого действительно любим.
Последнее слово, как признание, сорвалось с дрожащих губ и повисло в оглушающей тишине холодной комнаты.
— Любишь? Ты? Страс, брось!
— Умоляю, узнай адрес.
— Хорошо, — послышалось после долгой паузы. — Я попробую, но не обещаю.
Неспешной поступью, Страсэл вышел на балкон и запрокинув голову, устремил взор к чернеющим небесам. Спустя мгновение, послышался тихий протяжный стон, подобный вою одинокого волка.
— Как же я устал от всего этого. Хочу сдохнуть. Просто сдохнуть.
Замок Вуудоуэль. Виктория.
— Нон, куда ты меня тащишь? —мрачный коридор, освещаемый только редкими факелами, закреплёнными вдоль каменных стен металлическими крепежами. В, и без того душном пространстве, витал тяжёлый смоляной запах. — Нон, мне тут не нравится. Сыро и дурно пахнет.
— Потерпи. Мы скоро придём. Факелы коптят и потому смердит жжёной паклей. Потерпи, Тори, — шептал он загадочно улыбаясь и увлекая девушку всё дальше и дальше вглубь мрачных коридоров замка.
— Устала?
— Нет, но мне немного жутко. Мурашки по коже, посмотри.
— Сейчас дойдём и покажешь мне каждую свою мурашку. С удовольствием рассмотрю поближе.
— Искуситель!
— Ещё какой! — усмехнулся Нонэл, продолжая тянуть её за собой.
Наконец, в конце коридора, показалась узкая полоска света, которая, как оказалось позже, сочилась из узенького окошка в арочном проёме. С непривычки, после мрака и искусственно подсвеченного коридора, этот свет показался чрезмерно ярким. Но затем, когда глаза привыкли и Вика смогла рассмотреть помещение и даже, по находящимся там предметам быта, вычислить его назначение, не скрывая удивления, воскликнула:
— Ты серьёзно, Нон! Кухня? Я целый день отторчала в компании кастрюль и поварёшек, чтобы мой мужчина устроил мне романтик, пусть и на другой, но тоже кухне?
— Не спеши делать выводы, — парировал мужчина. — Во-первых, это старое крыло замка, заброшенное и я не собираюсь заставлять тебя готовить мне утку в яблоках…
— Ой, можно подумать, если бы приготовила, ты бы отказался, — фыркнула Вика игриво.
— Нет конечно. Во-вторых, это не конечный пункт. Мы идём во-о-он в ту дверь.
Вика кокетливо закивала, выставляя губы трубочкой, в знак согласия так сказать.