— Я информировала вас, что Нонэл расстался с Ненотэль, но почему именно… Вернее, из-за кого… я не знала.
— Ладно. Ступай. Я сам разберусь.
— Слушаюсь, мой господин, — сделала вид, что любезно склоняется.
— Фэл! Фэл, позови ко мне Нонэла.
— Да, мой господин.
«Совсем сдурели, — рассуждал сам с собой, — для них тут понимаешь ли все условия созданы. Живи да радуйся. Перспектива перехода в третий стэп. А там… там… А им девок своих мало!»
Около получаса он беспорядочно вышагивал по комнате, пока на пороге не появился изрядно «помятый» Нонэл.
— Ох, красавчик! — поморщился Верховный. — Всю ночь что ли не спал?
Нонэл озадаченно почесал затылок, щурясь и кривя сжатые губы.
— Что-то вроде того.
— Молодость берёт своё?
— Да ну что вы. Просто Тори вчера покинула замок в связи с этим… инцидентом. Искал её полночи, а потом домой по темноте добирались.
— Сбежала?! — оторопев от подобного заявления, Верховный вновь окликнул своего верного слугу: — Фэл!
— Я здесь, мой господин!
— Фэл, скажи, почему я обо всём узнаю последним? Почему не доложил?
— Простите. Решили, что сразу догоним. А она…
— А ты меньше думай! Сразу докладывай обо всём мне!
— Слушаюсь, мой господин!
— Так, теперь ты, — он развернулся к Нонэлу, внимательно отслеживающему каждый жест и интонацию голоса руководства. — Чем тебе не угодила Ненотэль?
— Я встретил ту, что затмила всех флэйм вместе взятых.
— Затмила говоришь? А ничего, что у тебя с ней нет никаких перспектив?
— Это не имеет никакого значения. Я не хочу жить с женщиной, которая меня не чувствует.
— Вот только забавно получается, до появления этой женщины, вы с Ненотэль отлично друг с другом ладили.
— Всё прошло… видимо.
— Ви-и-идимо, — передразнил ехидно Верховный. — И что ты намерен делать дальше?
— Заберу Тори и вернусь домой с ней.
— Думаешь, всё так просто? Она в любой момент может исчезнуть. Её спасут в том мире и она вернётся домой, как Домиана. Хочешь повторить судьбу Страсэла? Что же вы, словно помешанные на этих баб… женщинах. Что в них такого особенного? — не сдержался Верховный.
Какое-то время, Нонэл переминался с ноги на ногу, пытаясь сформулировать более тактичный ответ.
— Дело в том, что помимо… близости, существует очень тонкая чувственная связь, природу которой я и сам не смогу объяснить.
— Ой, не знаю, не знаю, Нонэл. Не нравится мне всё это. Ты же понимаешь, что вся эта ситуация призрачно туманна.
— Понимаю. Но от Виктории я не откажусь и отношения здесь ни с кем строить не буду.
Усталым взглядом Верховный обвёл помещение и медленно проследовал в своё кресло.
Повисла гнетущая тишина.
— Я выгнал Ненотэль из замка, — упёрся жёстким подбородком в, сжатый до белых костяшек, кулак.
— Это из-за вчерашней выходки?
— Естественно. Я не мог не отреагировать. Кстати, а ты в курсе, что Страсэл тоже собирается покинуть замок?
— Нет. Впервые слышу. Ну, тут явно не обошлось без той блондинки. Я прав? — усмехнулся Нон.
— Всё-то вы знаете, всё-то понимаете, вот только делаете по-своему. Иди уже!
— Спасибо за всё, — бросил Нон уже с порога.
Верховный в ответ только задумчиво кивнул.
Замок Вуудоуэль. Ненотэль.
— Давай, мой милый. Не подведи. На тебя вся надежда, — ехидно шипела под нос Ненотэль, сжимая в руках заветную коробочку. — Сделаем прощальный подарок нашим голубкам.
Быстро прошелестев по взмывающим вверх ступеням, очутилась в коридоре, аккурат напротив заветной двери.
— Надеюсь, вы оба там. Аха-ха… Ловите сюрприз. Эх, не знаете вы на что способна брошенная женщина.
На цыпочках, она пробралась к массивному полотну и, надавив на ручку, толкнула ладонью, оказавшуюся не замкнутой, дверь. Склонившись, приоткрыла крышку, махнула коробкой, выпуская коварное животное, а затем спешно прикрыв дверь, упорхнула с места преступления.
Умереть, чтобы жить
Тихой поступью врага, крадётся страх
Замирая в молчаливом ожидании
В глазах сомненье и и усмешка на губах
Мол, ты готова к новым испытаниям?
Замок Вуудоуэль. Юстина.
Юстина лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку, и тихо стонала. Уже не плакала… нет. Слёз не было. Сейчас она напоминала рыбку, выброшенную на берег после ночного шторма: безмолвно открывала и закрывала рот и выла… жалобно, надсадно, глухо. В груди безбожно ныло от тоски и одиночества. Нет. Жозэл конечно же был рядом. Он несколько часов кряду утешал любимую: гладил по волосам, словно маленькую девочку, тихо нашёптывая, что всё у них будет хорошо. Но как поверить другому человеку, если сам ни во что больше не веришь. В себя не веришь.