Секретарь потер густую шевелюру, но потом неожиданно улыбнулся и кивнул:
— Хорошо.
— Хорошо, — я улыбнулась в ответ, — чудесного вечера.
В комнате меня снова встретила тишина. Такая, что упавшая иголка прозвучала бы набатом, и я, если честно, прекрасно понимала, с чем это связано. Когда с детства живешь в приюте, как никто другой знаешь, что целый шкаф игрушек (в моем случае одежды) для девушек, которые живут небогато — это целое состояние.
Шкаф занял половину и без того небольшой комнаты, и я, приблизившись к нему, просто распахнула дверцы, даже не вглядываясь в то, что туда разложили. Девушки, живущие со мной, были примерно того же размера, что и я, поэтому я вообще не раздумывала перед тем как сказать:
— Девчат, налетайте!
8. Катя
— А ты нормальная, иномирянка, — сказала одна из моих соседок по комнате. Это была темноволосая девушка с такими густыми волосами, что ей приходилось стягивать их в очень плотную косу, но коса все равно получалась толщиной в руку.
Остальные закивали. После того, как я открыла для них двери гардероба, разговор склеился как-то очень быстро. Девушки быстро перестали смотреть на меня как на диковинку и даже накрыли на стол и позвали меня к чаю.
— Катя, — представилась я повторно, когда мы все оказались за одним столом.
— Эрна, — отозвалась девушка с густыми волосами.
— Мика.
— Литта.
Все мы работали горничными, но девочки убирались в административных помещениях, в кабинетах преподавателей и аудиториях, а мне достались комнаты принца.
— Вообще-то мы думали, что ты зазнайка, — сказала Литта, рыжеволосая улыбчивая девушка с веснушками.
— Почему? — удивилась я.
— Потому что ни с кем не знакомишься.
— Да мне особо некогда было.
— А правда, что ты у самого Кириана горничной работаешь?
— Только горничной?
— Он к тебе приставал?
Да, женские коллективы везде одинаковые: больше всего интереса к личной жизни, но я была не против поделиться чувствами, да и в целом — поговорить.
— Приставал — да, но у нас ничего не было.
— И поэтому он подарил тебе целый гардероб? — недоверчиво уточнила Эрна.
— Почему он мне его подарил, до сих пор загадка. Но может быть, потому что я чуть не умерла. Я попробовала хлеб, от которого у меня началась аллергия…
Все тут же заахали и начали расспрашивать про мой мир, про то, что у нас там происходит, как, и что вообще едят иномиряне. Но и мне тоже было интересно послушать. Как выяснилось, на Плионе популярна кухня, собранная со всех уголков самых разных миров. Оно и неудивительно: каждого привлеченного иномирянина или иномирянку надо было чем-то кормить и желательно так, чтобы не получилось так, как получилось со мной. В итоге здесь собрались жемчужины кулинарного искусства (включая десерты) отовсюду, и мне сразу же половину захотелось попробовать, а другую половину — приготовить самой! Чтобы посмотреть, что из этого получится.
Помимо прочего, девушки-соседки оказались бесценным источником информации, которой мне так не хватало. Например, я узнала, что «немагически одаренных» (второе название иномирян) в академии было не так много, но они были — и некоторые даже учились на факультете артефакторики! Просто в их программу не включали магдисциплины или включали, но для общего ознакомления, без экзаменов, чтобы они могли понимать, как построить ту или иную схему при создании артефакта. А обо мне, оказывается, уже успели пойти слухи, что я согреваю постель принцу, и потому так занята. Чему я совершенно не удивилась — после тех крупиц знаний о Плионе, которые у меня были, предположить, что я просто работаю у него горничной, не мог никто. Наоборот, многие посчитали, что это прикрытие, чтобы принц мог держать при себе игрушку-любовницу даже в академии.
Пришлось развеять сомнения и огорчить девушек, но ничего интересного и горяченького на тему принца я им сообщить не могла. То есть могла, конечно, что к нему регулярно приходит Смирра, но вот это было совершенно точно не мое дело, и если о себе я могла говорить спокойно, мне скрывать было нечего, то разводить сплетни о других — последнее дело.
— Но почему ты выбрала быть горничной? — искренне изумилась Эрна. — Он же может дать тебе все!
— Не может. Например, чувство самоуважения. Или уверенность в себе, если я перешагну через себя и свои принципы.
— А какие у тебя принципы?
— Я считаю, что то, что он мне предлагает, может быть только по любви. Уж точно не из расчета.