Она так разнервничалась, что чуть не уронила нечто отдаленно похожее на кукисы с какими-то голубыми каплями, когда подавала ему на дегустацию, я же снова почувствовала скрестившиеся на себе взгляды и повернулась к зрителям. На меня смотрели одновременно Кириан и Нортон, и если от первого взгляда мне хотелось улыбаться до ушей, то от второго — как можно скорее избавиться.
Он мне совсем не нравился. После рычания Кириана в театре Нортон больше не пытался ко мне подойти. Если честно, он и к Кириану особо больше не подходил: их компания не разбилась на части, но с Нортоном и Смиррой они встречались отдельно, с Кирианом отдельно.
Он приглашал меня провести время с ними, но я всякий раз отказывалась. Потому что один раз попробовала и поняла, что они никогда не будут смотреть на меня как на равную, а я не смогу общаться с теми, кто меня за человека не держит. Заставлять Кириана выбирать между ними и мной я не собиралась, тем более что у меня всегда находилось, чем заняться. Я работала у Миссы, готовилась к конкурсу, и так далее. Устраивала посиделки с девчонками, с которыми по-прежнему жила в общей комнате.
Кириан звал меня переехать к нему, но я отказалась. Потому что переехать к нему — означало, стать его любовницей, фавориткой и протеже. А я не хотела ею быть, ни одной из них. Я хотела… гораздо большего, но гнала от себя эти мысли и просто наслаждалась отведенным нам с ним временем.
— Переходим ко второму этапу! — скомандовал ведущий после того, как мы все немного отдохнули, а жюри обсудили то, что попробовали и снова поназаписывали всякого в свои блокнотики.
Торт для меня не представлял сложности, тем более что тортиков для Кириана я переделала великое множество. В моем случае это был его любимый, тот, который мне изначально посоветовал Марстер, и которым мы кормили друг друга, пока за окном падал снег. Делая его, я улыбалась, потому что эти воспоминания, несмотря на ввалившегося в комнату Нортона, были и будут одними из самых теплых в нашей общей истории.
Я делала все, вспоминая эти чудесные мгновения, и торт как по волшебству получился легким, воздушным и невероятно красивым. Пожалуй, даже красивее, чем в первый раз. Я сделала его в форме королевского дворца, и шарики ягод сейчас лежали в башенках на кремовых подушках. Гости уже вовсю жевали мадленки (и печенье остальных конкурсантов), а жюри перешло к дегустации. Я нарезала ровные изящные кусочки, украсила тарелки ягодами, полосками соусов и с улыбкой поставила их на стол.
Мужчины взяли по тарелке и отошли, чтобы переговорить между собой, а супруга герцога попробовала, посмотрела на меня сверху вниз и демонстративно скинула остатки в мусорное ведро. Несмотря на то, что я прошла школу балета, выступления, оценки критиков и много всякого-разного, и мне казалось, что я уже готова ко всему, сейчас на щеках вспыхнули красные пятна, а глаза подозрительно защипало.
Я отвернулась, чтобы не выдать себя перед зрителями, и наткнулась на сочувственный взгляд водной. Ее торт представлял собой бескрайнее море, залитое голубым кремом с пенной крошкой, вокруг которого высились бисквитные скалы. Я невольно залюбовалась им: настолько, что забыла про женщину и подняла большой палец вверх.
Девушка улыбнулась в ответ, кивнула, и на сердце сразу стало тепло. Я расслабилась и снова повернулась к довольному Кириану. Еще более довольному, потому что, по-моему, большую часть моих мадленок умял он. Но и не только: я видела оживление среди гостей, они переговаривались и смотрели на меня уже совершенно иначе, нежели чем в самом начале.
Это помогло успокоиться окончательно — в конце концов, как я и сказала, то, что мы делаем, определяют не оценки. Если людям нравится то, во что мы вкладываем сердце и душу, если они это принимают, если это их радует, если они возвращаются к нам снова и снова — это и есть главный и, пожалуй, единственный показатель.
— Что ж… вижу, все готовы к решительному рывку. Последнему решительному рывку! — Ведущий сделал театральную паузу и поднял руку вверх. — Наши особенные десерты завершат этот сладкий день! Прежде чем мы приступим, каждый из вас расскажет о том, что же нас ждет. А после того, как десерт будет готов, вы поделитесь историей его создания! Месье Ламбер, прошу вас. Начнем!
Кондитер окинул взглядом собравшихся, и, что было совершенно точно в его стиле, возвышенно-пафосно произнес:
— Дорогие мои гости! Члены жюри! Я уже приветствовал вас сегодня, и хочу поприветствовать снова, потому что сегодня у нас состоится новое, совершенно потрясающее знакомство. Знакомство с десертом, которое я изобрел лично! Этот десерт — пирожное макарон!