О приказе отца я вспомнил только на следующее утро. Когда проснулся и любовался спящей Катей. Всю ночь я показывал и доказывал своей иномирянке, как сильно люблю ее, и словно был на небесах. Ей требовался отдых после такого насыщенного дня и не менее насыщенной ночи. Поэтому я решил ее не будить, осторожно выбрался из постели, принял душ и, одевшись, отправился во дворец. Правда, не успел даже покинуть территорию академии.
Ко мне навстречу выбежал запыхавшийся Марстерс.
— Ваше высочество, регент ждет вас в кабинете ректора.
Казалось, ничто не могло испортить это прекрасное утро, но если дело касалось отца, я мог поспорить на обратное и, вероятнее всего, выиграл бы этот спор.
Регент действительно ждал меня в ректорской берлоге, сидя в кресле в одиночестве и потягивая кофе.
— Где ректор? — поинтересовался я. Романтичный флер слетел с меня еще в коридоре, сейчас же интуиция сигналила о подвохе. Регент не просто так здесь, а еще он не злится, наоборот, выглядит очень довольным.
— Мы с ним решили все наши вопросы, — скучающим тоном ответил отец. — Осталось довести все до твоего сведения.
— О чем ты? — насторожился я.
— Я решил, что нужно отодвинуть твои испытания и коронацию еще не год. Пока я не вижу, что ты готов править Плионом, Кириан.
Когда я понял, что он сделал, во мне все зажглось пламенем ярости. Я сдавал все предметы, моя драконья форма была идеальной, но все это не имело значения, если так решил регент!
— Ты. Сделал. Что? — прорычал я. — Ты мстишь мне?
Глаза отца сверкнули: дракон в нем отреагировал на мою силу.
— Мщу? Зачем мне мстить родному сыну? Я руководствуюсь исключительно заботой о тебе.
Кто ему речь писал? Звучит донельзя фальшиво!
— Или заботишься о себе, продлевая срок своего правления, — теперь мой голос больше напоминал шипение змея.
Отец яростно прищурился.
— Я слишком забочусь о своем мире, чтобы отдавать его в руки мальчишки, для которого все игрушки!
Я сложил руки на груди:
— Я так этого не оставлю. Закончу академию и пройду испытания. Ты не можешь все отменить. Ты не всесилен, регент.
— Ректор не пойдет у тебя на поводу, — отец вернулся к скучающему тону. — Но я могу передумать, если ты избавишься от своего плебейского интереса и перестанешь заниматься иномирянами.
Избавиться от Кати? Ну конечно.
— Сначала угрозы, теперь шантаж… Что дальше, отец?
— Это не шантаж, — процедил он.
— Забота обо мне, — процитировал его я.
— Именно.
Чашечка звякнула о блюдце, когда отец вернул ее на место, а затем быстро поднялся. Проходя мимо меня, он сообщил:
— Я надеюсь, что к следующему году у тебя из головы выветрится вся эта блажь, и ты сможешь стать настоящим королем, Кириан. Если решишь ускорить процесс, ты знаешь, что делать и где меня искать.
Напоследок окинув меня взглядом, он стремительно покинул ректорский кабинет.
7. Катя
Проснувшись, я обнаружила, что Кириан куда-то ушел. Поскольку у него близились экзамены и выпускное испытание — обязательное условие для его вступления на престол, я предположила, что его выдернули к ректору или что-то вроде. Занятия у него начинались позже, но я не была уверена, что мы успеем пересечься, поэтому оставила ему записку «До встречи вечером. Твоя дикая капибара. PS: Люблю тебя». И убежала вниз, поскольку работу на кухне никто не отменял.
Мне пришлось забежать к себе в комнату, чтобы переодеться, и уже там я поняла что-то не так. Вчера я оставила свою постель в комнате аккуратно заправленной, но сегодня она была перевернута, одеяло, подушку и простыни вымазали в грязи. Что произошло на моей кровати, выяснить не представлялось возможным: девушки-соседки уже разошлись.
Обычно шумный коллектив на кухне встретил меня тишиной. Такого я точно не ждала, поэтому опешила. Девочки отворачивались и осторожно обходили меня стороной. В ответ на вопросы отмалчивались и отговаривались занятостью, хотя никакой особенной занятости ни у кого не было, просто все делали свое дело, как и всегда.
В конце концов, замесив тесто, я включила печь на разогрев и спросила прямо:
— В чем дело?
Мой вопрос зазвенел в тишине кухне, срикошетил от стен.
— А ты не догадываешься? — спросила одна из девушек, Ирма, воинственно сложив руки на груди.
— Прости, но нет.
Я не ждала оваций и подкидывания в воздух по поводу вчерашнего, мне был хватило улыбок и мимолетно брошенных теплых слов.