– А я журналист. И меня Варя зовут. Просто Варя.
– Просто никогда не бывает. За каждым именем и человеком стоит целая история, – сказала женщина, и Варвара отчасти была с ней согласна. Хотя, какая про нее может быть история? Одни слезы...
Чай пах смородиной и лимоном и был совсем не крепким. Раздался гудок локомотива, возвещающий о скором прибытии. Варвара и женщина синхронно раздвинули занавесочки каждая со своей стороны.
– Ну вот, почти приехали, – сказала Мелисса и закрутила крышку на термосе.
– Спасибо огромное! Очень вкусно, – поблагодарила Варвара.
– И вам спасибо за приятное соседство. У вас очень хорошая аура.
– Да? – внутри Варвары что-то тоненько и приятно зазвенело.
– К тому же вы не храпите! А мой муж, словно трактор. Кажется, привыкла, не замечаешь уже, а вот так уедешь, поживешь отдельно и начинаешь ценить тишину. Но вы не подумайте чего, муж у меня замечательный. Я соскучилась. Мы с ним со школы вместе.
– Ого... – с восхищением заметила Варвара. – Повезло...
– Да, наверное. Бороться не пришлось, все как-то само. Оттого и страшно порой бывает, не сглазить бы. Жизнь такая штука непредсказуемая.
– Да, вы правы, – тихо согласилась она.
– Если вдруг что... – попутчица стащила на пол небольшую матерчатую сумку. – Хотя, чего это я... Вам-то это зачем...
Варвара нахмурила брови, не понимая, о чем она говорит. Женщина пояснила:
– Я про клинику, в которой работаю.
– Ах, вы об этом! Ну да, как-то не хочется... – рассмеялась Варвара. – Не люблю больницы, а уж от одного слова – хирургия, прямо в дрожь бросает! Кстати, что вы там режете?
– Что скажут, то и режем! Шучу, конечно! Не все и не у всех. Все по показаниям и только после кучи консультаций и анализов. Клиника называется «Юлия-Эстетик». Челюстно-лицевая и пластическая хирургия, – подмигнула женщина. – Делаем людей красивыми. А таких красоток, как вы, потом на рекламных буклетах печатаем, будто это наших рук дело!
– Скажете тоже, – смутилась Варвара, – красоток... У меня вон и уши лопоухие, и одна бровь выше другой... А еще... – Варвара взъерошила густые волосы.
– Не смешите меня! – отмахнулась женщина. – Уши лопоухие...
– Ну да, – пожала плечами Варя. – Меня в детстве чебурашкой дразнили. Знаете, как в школе началось, так и... Нет, то есть, в институте, конечно, никто не дразнил. Но я же знаю, что так и есть и никуда не делось. Я вот подумала... Может, у вас есть визитка с собой? Я хоть в интернете почитаю.
Варвара едва не ударила себя по губам. И что это на нее нашло в самом деле? Уши, блин... Сто лет тому чебурашке...
– Визитка есть, – кивнула Мелисса и положила перед ней картонный прямоугольник с золотистой каемкой. – Только вы, пожалуйста, всегда помните о том, что мы, врачи, делаем людей красивыми, а вот счастливыми они становятся сами. Должны становиться.
– Это вы сейчас к чему? Потому что подумали, что я не счастливая? – спросила Варвара и почувствовала, как загорелись щеки и сдавило грудь.
Женщина вскинула брови, а затем покачала головой:
– Я ничего такого не подумала, Варенька. Это вы сами сказали.
За окном замелькали здания, вагоны и темные махины цистерн. Прыгающие кривые тени насквозь пробивали серо-синий утренний воздух и отскакивали от припудренного серебром окна.
Варвара натянула высокие перчатки и положила правую руку поверх чемодана. В проходе толпились люди.
– Словно в театре, – сказала Мелисса, глядя на то, как дверь ездит туда-сюда под напором пассажиров. – Актеры еще на сцене, а зрители уже несутся в гардероб.
Поезд сбавил скорость. Варвара бросила быстрый взгляд в окно. Сердце вдруг забилось быстро-быстро: сейчас появится здание вокзала...
– Вас встретят? – спросила она соседку.
– Да, муж. Мы на машине. Подвезти вас?
– О, нет... Кажется, меня тоже должны встречать.
– Если хотите, я постою рядом, пока за вами не придут?
– Нет-нет, что вы... Но спасибо! Недолгая остановка у меня будет в Вологде. Поеду еще дальше.
– Вон оно что... И куда же, если не секрет?
– Остров Сладкий. Это рядом с...
– Знаю. Слышала.
– Вот еду, чтобы репортаж написать.
– Криминальный? Ой, не надо, не рассказывайте! Меня эти ужасы всегда в депрессию вгоняют. Ну, что, кажется, понемногу рассасывается человеческая пробка? – сказала Мелисса и первой вышла из купе.
Варвара тоже встала и нажала на ручку чемодана, приподнимая ее повыше. На темном еще перроне виднелись человеческие фигуры, и с каждой минутой их становилось больше за счет выходивших из поезда пассажиров.