Я поцеловала его в щеку и распахнула дверь в ванну.
- Чудесно, вот куда я сейчас завалюсь!
...В овальной ванне, вделанной в пол, бурлили и пенились струи, массируя мое тело. Мое? Нет, мое осталось там, на башне, с Майклом... Все-таки невероятна его неистощимость в эти дни. Может, и прав Ал, рассказавший байку о выделяемом каждому мужчине "пайке"... Видать, Микки и впрямь приберег немалый "Н.З." Всю жизнь постился, чтобы стать моим Казановой... Моим Казановой и Моцартом! Да что я впадаю в транс? Меня любит потрясающий человек, Мастер, оказавшийся к тому же незаурядным любовником... Я выхожу замуж за славного парня, мечтающего сделать меня звездой и матерью семейства... Я погладила свой живот... А вдруг... Майкл, сумасшедший Микки, ты не оставил мне память о Вечной любви?
- Детка, я к тебе под бочок! - Ал сел на край ванны, собираясь нырнуть, но заметив мою мученическую мину, остановился. - Мы должны обсудить кое-какие творческие планы!
- Не сейчас, дорогой, я жутко устала.
- Легкий массаж перед сном. Мне прост не терпится, Дикси! - Он плюхнулся мне под бок, заклокотала вода в стоках.
- Ал, умоляю, меня все ещё тошнит после перелета и голова свинцовая. Не будем портить встречу.
- Раз так, милая, отложим до завтра. Похоже, мне достанется капризная женушка!
...Что же делать? - лихорадочно думала я, оттирая губкой плечо, которое поцеловал жених. Может, это болезнь или я, просто-напросто, как говорила мама, "нагнетаю истерику"? - "Надо выспаться, Дикси", - сказала я себе и, рухнув на новую, очень удобную и широкую постель, сладко вытянулась. - Буду спать, сколько влезет, и оставлю проблемы на завтра.
...Я проснулась в восемь от музыки Микки, ломящейся в голову. На подушке Ала свежая роза и записка: "Вернусь к ланчу. Работаю со сценаристом. Обнимаю, страстно мечтаю, твой А. - ковбой".
Я с удовольствием воспользовалась новой кухней с прекрасным, хорошо укомплектованным холодильником, могучей кофеваркой и всякими штучками, позволившими поджарить тосты, выжать сок из грейпфрута, сварить кофе и сделать массаж лица практически одновременно.
В саду под зонтиком на круглом столе стояла ваза с незабудками, прижимая развернутый журнал. Фото Алана и статья "Интеллектуальный ковбой Алан Герт ввязывается в новую схватку". Я пробежала рассказ о запускаемом фильме, где было сказано, что исполнительницу главной роли режиссер определил изначально, чуть ли не подбирая специально для неё сценарий. Но предпочел оставить имя актрисы в тайне, готовя сюрприз любителям кино.
Ах, как, в самом деле, хочется сделать на экране что-то значительное, доказать, утвердить, отмыится... Ладно, все хорошо. У моих ног голубой бассейн, над головой безоблачное небо Калифорнии и перспектива настоящей работы... Почему он спросил: "Ты видишь луну?" Ведь небо было затянуто тучами... Потом от смычка взметнулись фейерверки и сполохи неведомого ранее восторга ослепили меня... Как же попала скрипка на Башню - его "ноющее сердце", которое Майкл так бережет? Что это вообще было там, на Вайсертурм, - яростное совокупление двух изголодавшихся особей, мистическое слияние тел, предназначенных друг другу судьбой, или результат самогипноза называемого Большой любовью? Во всяком случае, я ещё никогда не была так близка к тому, чтобы сбрендить, в то время как принадлежала мужчине. Может быть, именно это Ал и называет "мозговой материей" - плодом фантазии, самовнушения, зацикленного на исключительности всего, касающегося двоих избранных для беспредельной радости и высшего наслаждения?
...Тень от зонтика переместилась за мою спинку, незабудки свернули побледневшие лепестки, а я все сидела, перебирая в памяти наши дни, часы, минуты и холодея от сознания необратимости такого близкого, такого живого ещё прошлого.
- Загораешь в халате? Так торопился домой, детка, будто у нас в разгаре медовый месяц. - Ал на ходу сбросил рубашку, полотняные туфли и зашагал ко мне по траве.
- Здорово припекает, пожалуй, стоит окунуться. Вперед, девочка, я буду тебя спасать! Помнишь, как тогда, от крокодилов, в теплой водичке под нависшими лианами?
Ал вытряхнул меня из халата и подтолкнул коленом под обнаженный зад.
- Ныряй и затаись...
Он шумно прыгнул в воду вслед за мной, изображая крокодила и героя-спасателя одновременно. В результате я нахлебалась воды и ударила локоть о металлические сходни.
- У меня нет медицинской страховки в Штатах, - угомонись! Ты изувечишь собственную невесту. Сплетники будут судачить, что ты меня бьешь. - Я начала подниматься по ступенькам. - Весь локоть ободрал!
Ал поднырнул ко мне и прижался с совершенно очевидными намерениями:
- Доктор прибыл, леди!
- Только не тут, Ал! Полно соседей, а мы ещё не женаты.
- Ой, насмешила. - Он легко взвалил меня на плечо и притащив в спальню, бросил на кровать.
Очевидно, на моем лице застыл ужас, а в сжавшемся теле - угроза и готовность к сопротивлению.
- Отлично! Просто бешеная кошка! Неужели ты полагаешь, что я не справлюсь с тобой, киска?
Он справился и в экстазе благодарности целовал мое безучастно распластавшееся тело.
- Именно о такой Дикси я и мечтал. Дикая Дикси...
Я отвернулась, пряча злющие глаза. Нет, он не виноват, славный парень Ал, что принял действительность за игру, уж слишком невероятной была эта действительность: с истошным ужасом девственницы, прижатой в хлеву пьяным солдатом, я отвергала своего первого, желанного любовника.
- Знаешь, я сегодня уже кое-что обсудил с продюссерм и сценаристом. Мы допишем для тебя новые эпизоды. Помнишь, где я впервые трахнул тебя? В кабинке душа! А за перегородкой пыхтела от вожделения та толстомордая цыганка. Автобиографический эпизод! Необходимо запечатлеть на века... Неужели забыла, Дикси? - Потрепал меня по макушке Ал.
- Извини, столько потом всего было... Ты же сам учил меня стремиться к разнообразию. - Не удержалась я от запоздалого упрека и намеренного щелчка по самолюбию жениха. Не забыла я ничего про нас, славный ковбой, но вспоминать не желаю! - Дорогой, дай мне, наконец, поспать!
Я упорно лежала носом к стене, боясь сорваться - расплакаться или наговорить Алу обидных глупостей. Н больше всего мне хотелось тихонько поскуливать: "Микки, Микки..."