— Добрый вечер, мистер Эрл! — крикнул снизу один из рабочих. — Уж не собираетесь ли вы тут ночевать? У нас пока не трехсменка.
— А жаль! — бросил Рувим. — Будь Рид поумнее… — Даже произносить это имя было для него невыносимо.
— Он нынче слишком занят своей молодухой, даже носа на фабрике не показывает. Мы его уже неделю не видели. — Рабочий усмехнулся и, смутившись, утер потное лицо большим красным платком. — Простите, сэр, я… хм… так ляпнул, не подумав.
— Все в порядке, — выдавил Рувим.
Они с Долли не таились от людей, и об их отношениях знали почти все. После свадьбы люди проявляли к нему сочувствие, считая, однако, что он должен подыскать себе более подходящую партию. Но никакие слова утешения не уменьшали боль потери, ему нужна была только Долли, его страстная дикарка, которую он почти приручил в ту памятную ночь… А теперь она попала в лапы Бенджамена! Рувим слышал, что даже по дому мужа Долли бегает босиком…
Он тяжело перевел дыхание. Руки у него дрожали. Юноша знал, что в последние дни стал на себя не похож, даже начал допускать ошибки, чего никогда не случалось прежде. Пока это не внушало особых опасений, но все же Рувим решил внимательнее приглядывать за печами и приборами и, уж конечно, не забывать выключать аппаратуру перед уходом с фабрики. Нельзя дать сбой. На карту поставлено слишком многое — его честь, репутация, гордость. Нужно работать, работать, работать… Только так можно выжить после того, что произошло…
«Что же я наделала? — снова и снова спрашивала себя Кира, ужасаясь тому, что натворила. — Неужели между нами все кончено? Со дня сотворения мира женщины жаждут первой физической близости с любимым, испытывая радость, надежду и… смутное любопытство. Так какая муха укусила меня? Почему в самый последний момент я повела себя как деревенская дурочка? Только потому, что испугалась, как бы меня вновь не бросили? Вот и дождалась…»
Внутренний голос настойчиво повторял ей, что все это произошло из-за рома: алкоголь выпустил наружу скрывавшихся в ее душе демонов.
Кира обхватила себя руками, чтобы унять непрекращающуюся дрожь. Что она делает? Сидит тут дрожа, одна-одинешенька на заброшенной мельнице… А хочет только одного — снова оказаться в объятиях Джайлза, почувствовать на себе его тяжесть, ощутить на губах поцелуи, возвращающие к жизни. Опустив взгляд на свои голые ноги, Кира вспомнила, как обвивала их ночью вокруг бедер Джайлза и как потом оттолкнула его.
Дура! Непроходимая идиотка! Она исстрадалась в ожидании настоящей любви, замкнулась, изолировалась от всего мира — и вот теперь, когда заветные мечты воплотились в жизнь, когда ее любви начал добиваться самый прекрасный мужчина на свете, она сама все испортила. Ей нужно, нет, просто необходимо раз и навсегда избавиться от дурацких страхов. Ведь одно появление Джайлза на этой мельнице сделало ее счастливой! А теперь он навсегда отвернулся от нее. Он не поступится своей гордостью.
Да что там, Джайлз имел все основания разозлиться на нее. Поделом ей, идиотке, поделом!
А с другой стороны, может, это и к лучшему. Еще одного удара она не перенесет, любовь к Джайлзу погубит ее. Любовь к Джайлзу? Неужели она действительно влюбилась в этого человека, с которым знакома лишь несколько дней? Да нет же, это всего-навсего игра воображения, порожденная тоской, нестерпимым одиночеством или… вожделением.
При всем том Кира сознавала: Джайлз — именно тот, кто нужен ей в жизни.
Ливень между тем почти утих, небо посветлело, а с широких листьев пальм падали последние крупные капли. Кира потерла занывшую больную ногу. Надо достать из машины чемодан с одеждой. Она поднялась и вышла во двор.
Кира не хотела плакать из-за того, что потеряла Джайлза, но слезы катились по ее щекам. Не выдержав муки, она привалилась к капоту и зарыдала.
Глава 12
Бенджамен Рид тоже разыскивал Киру. Едва она успела расправить на себе помятую юбку, как вдали послышался шум мотора.
После дождя утро дышало свежестью, но расстроенную девушку не радовали ни красота лазурного неба, ни сияющее солнце. Вдали обозначились величественные скалистые горы, скрытые прежде за пеленой дождя, но Кира равнодушно отвела от них взгляд, ибо ощущала лишь давящую пустоту.
«Лендровер» Джайлза исчез, только следы его шин виднелись на влажной земле.
Прикрыв ладонью глаза от солнца, Кира следила за приближающимся стареньким джипом. Умелый водитель уверенно вел машину по узкой, изрытой глубокими рытвинами дороге над пропастью. В мужчине, сидящем рядом с шофером, Кира узнала своего деда. Увидев девушку, Бенджамен стащил соломенную шляпу и замахал ею.