Сделать так, чтобы это можно было не только резать и фотографировать, но и с удовольствием есть, да еще и вложить глубокий смысл в оттенки вкуса… О, я бы сейчас приняла какую-нибудь Нобелевскую премию для кондитеров-виртуозов. Но не дадут. Только речь заставят говорить.
— Я уверена, что тебе нужна реклама, а гостям — понимание, какой шедевр они едят.
Может быть, прежняя скромная Сонечка мне нравилась больше?
Нет, конечно. Просто могу я постесняться?
Секунд пять мне на это дали, а потом пришлось выходить и все равно говорить:
— Перед тем как жених и невеста… точнее, уже муж и жена, по традиции разрежут торт…
За спиной раздался тихий голос жениха и мужа:
— А это точно свадебная традиция? Что-то я такого не припомню.
— Что, ни на одной из семи свадеб? — ехидная Сонечка.
— Не, ну если ты хочешь, то ради бога, могу еще шампанское из туфли выпить.
— А это зачем, господи прости?
— Это тоже свадебная традиция.
— Когда дойдешь до калыма и верблюдов, вспомни, что тебе уже досталась за меня кошка.
— …я хочу рассказать, что он не обычный свадебный торт, — продолжила я. — Каждый его ингредиент подобран так, чтобы отразить характер невесты.
Я повернулась, чтобы показать на Сонечку, а то вдруг тут кто-то еще не в курсе, кто у нас невеста, и заметила выходящего из дома Макса.
— …Внутри у него конфи из яркого манго: кисло-сладкое и солнечное, основа вкуса. В пару к нему тонкая прослойка желе из деликатной розы, ароматной и ненавязчивой, смягчающей тропическую силу. Это вкус, который останавливает вас, замедляет и заставляет вслушаться в свои ощущения как в шепот. Поверх все укутано в сливочный мусс с белым вином: нежным, летним и добавляющим нотку терпкости, сложности к этим вкусам.
Макс прошел за нашими спинами, пока я нервно дергалась, пытаясь одновременно удержать внимание двухсот человек и как-нибудь незаметно оглянуться, пока они все на меня смотрят. Он остановился буквально через стол от меня, сложил руки на груди и медленно, нагло усмехнулся.
— …Друг от друга этажи муссов, прячущие внутри себя манго и розу, отделяют тонкие прослойки бисквита «пан де жен». Он легкий и спокойный, не перетягивает на себя внимание, только добавляет дополнительную текстуру, подчеркивает сплетение вкусов. Все это очень похоже на Соню: яркая и цельная внутри, мягкая и деликатная снаружи, она таит в себе великолепные сюрпризы, раскрывающиеся только тем, кто готов прислушаться.
— А жениху не положен свой торт? — вставил реплику Макс, глядя мне прямо в глаза. — С особым вкусом и оттенками суровости.
— Ему я сделаю суровый торт на годовщину свадьбы. — Я мило улыбнулась, но на взгляд ответила таким же прямым взглядом. — Но предлагаю сейчас попробовать торт для Сони. Он покрыт тонким слоем белого шоколада и украшен листьями из съедобного золота. Нельзя есть только фигурки жениха и невесты, но вам никто и не даст.
Толпа гостей взорвалась смехом и аплодисментами, я склонила голову и отошла в сторонку.
— Спасибо, — прошептала Соня, обняла меня и тут же вместе с женихом ухватилась за нож. И так же вместе они разрезали мой торт.
Я получила свой кусочек и первым делом проверила, правильно ли разморозились слои, нет ли между ними лишней воды. Замораживались они по очереди, потом я их собирала, склеивая бисквиты между собой белым шоколадом. Но процесс разморозки даже важнее, потому что мусс, желе и конфи делают это с разной скоростью. И нет ничего хуже печального гостя, грызущего ледышку со вкусом манго после того, как он облизал с нее мусс из белого вина.
Но все оказалось идеально. Можно выдыхать.
Я расслабилась и потому не заметила, как сзади подошел тот самый мачо-женатик-танцевальный бог. Даже и не думала, что ему не хватило того, что я его отшила. Может, ему нравится? Так я еще могу.
— Значит это ты волшебница-кондитер, чьи ручки изготовили все эти сладости? И все сама?
— Конечно, всех остальных кондитеров я съела.
— Незаметно. — Он оглядел меня с головы до ног.
— У меня быстрый метаболизм.
— Неудивительны такие таланты, удивительнее было бы обратное…
Вот тут я насторожилась, и не зря. Сомневаюсь, что он вообще запомнил бы какую-то девушку, с которой просто потанцевал. У него по лицу видно, что из всех людей его интересует только он сам.
— Я ведь правильно тебя узнал, ты Настя Сне…
Я не нашла ничего умнее, чем сунуть ему в рот ложку с куском торта.