«С Сэмом… Не хочу с Сэмом. Хочу только с тобой. Ну не вырывайся, ангелочек, я знаю, знаю, какой ты сильный. Сжалься над своим неадекватным другом. Нет, ушел. Прекрасно, сейчас я умру от остановки сердца. Вот сейчас. Раз, два…»
— Эй, чувак, очнись, — встряхнул его брат. — Да что с тобой такое! Ты плачешь?!
«Что, серьезно? Черт, и правда чувствую на глазах слезы. Вечер определенно перестает быть томным. Представляю, как эти двое будут надо мной ржать, когда все закончится. Проклятое проклятие, превратило меня в мягкотелую истеричку! Может, правда следует поесть и станет легче? Но клянусь, если еще раз в жизни мне встретится купидон, я по перышку повыдергиваю ему крылья и пристрелю из его же оружия. Если такое возможно. Господи, сколько можно возиться с этими бургерами? Прошло уже… четыре минуты. Издевательство. Я голоден. Голоден до прикосновений, заботливого взгляда, звука низкого голоса. Где. Мой. Ангел.»
Винчестер старший решительно вскочил с кровати и молнией метнулся к столу. Гамбургер источал невероятно аппетитный запах, и парень, плюхнувшись на стул, буквально впился в него зубами. Рядом возникла кружка с обжигающим кофе, обещавшая подарить облегчение после напряженной ночки. Жизнь налаживается. И друзья сидят с ним, лениво потягивая свои напитки. Кастиэль рядом, на соседнем стуле, но этого все равно недостаточно. Хочется впитать его, принять внутривенно, и с каждой минутой коварное влечение только усиливается.
Робким движением Дин положил свою ладонь на колено ангела, заставив того вздрогнуть и подавиться кофе. Он явно напугал небесное создание, но убрать руку оказалось выше человеческих сил. Против своей воли он ласково провел пальцами вверх по бедру Кастиэля, наблюдая, как строгие синие глаза застилает мутная пелена.
«Почему он не врежет мне, черт возьми? Может и проклятье бы разом исчезло. Но он упрямо терпит мои выходки и тем самым мучает нас обоих. Надо срочно остановиться. Вот только как? Отправить ангела подальше, на другую планету? Нет, не вариант. Я тут же скончаюсь от одиночества. Должен быть какой-то компромисс, должен…»
Тихо застонав от собственных усилий воли, Дин заставил себя отдернуть руку и тут же схватился за пояс любимого плаща Кастиэля. Что ж, так лучше. По крайней мере, он больше не домогается друга, но по-прежнему заставляет быть ближе. Подойдет. Пока что.
«Дин, остановись, пожалуйста! Я не контролирую свои реакции. Необъяснимая дрожь пробегается по телу… Да, лучше за плащ, так легче. Сэм, умоляю, не оставляй меня с ним наедине».
Сэм окинул их странным взглядом, но тактично не стал комментировать происходящее. Только нервно сглотнул и внимательно посмотрел на Кастиэля, словно просил об услуге.
— Дин, тебе необходимо отдохнуть, — словно между прочим сказал младший Винчестер. — Я подожду, пока ты заснешь. Просто хочу убедиться, что все в порядке. А потом поеду искать нашу ведьму. Спокойно, не переживай, Кас останется.
«Прекрасно придумал, Сэм, останется», — подумал Кастиэль. — «Ты сам-то понимаешь, что делаешь? При таком развитии событий останется только вопрос, кто кого изнасилует».
Но Дин вдруг согласно кивнул и, дожевав свой бургер, покорно поплелся в душ. Перспектива остаться с Касом наедине пугала его до чертиков. Страшно представить, на что он способен в таком состоянии, учитывая недавние фокусы под столом. Но еще сильнее она пугала самого ангела.
========== 4. Больная любовь ==========
После приступа романтической лихорадки Дин отключился, едва коснувшись головой подушки. Нестерпимая, свинцовая усталость накрыла Винчестера настолько резко, что под ее тяжестью даже сновидения попрятались в уголках сознания, опасаясь потревожить его сон. Как и парни, которые очень старались не шуметь и общались между собой исключительно жестами. Сэм на цыпочках бегал по комнате (что при его росте смотрелось довольно комично), увлеченно просматривал какие-то записи, проверял оружие и без конца отправлял сообщения Гарту. Кастиэль в процессе не участвовал, поскольку пристально наблюдал за старшим Винчестером. Еще полчаса назад Дин страдал от безудержных эмоций, заставляя друзей стыдливо краснеть и выпадать в осадок от шока, но сейчас на лице охотника отражалось абсолютное спокойствие. Тем не менее, Кас очень боялся пропустить в нем любые признаки недомогания или тревоги.
«Люблю наблюдать, как ты засыпаешь. Слушать, как постепенно углубляется твое дыхание. Подмечать малейшее дрожание ресниц и невесомо касаться их, забирая страшные сны. Ласкать взглядом неповторимый изгиб твоих губ и представлять, какие мягкие они на ощупь. Вдыхать тонкий аромат геля для душа, который остался на коже. И чувствовать каждое биение сердца, такое умиротворенное, спокойное, тихое. Пока ты в мире грез, оно принадлежит только мне. Поэтому спи крепко. Я позабочусь, чтобы никто тебе не мешал».
— Кас, что ты застыл над ним, как древнее изваяние? — с ухмылкой прошептал Сэм. — Расслабься, в ближайшие пару часов Дин для тебя не опасен.
— Не смешно, — процедил Кастиэль. — Мы до сих пор не знаем наверняка, что с ним происходит. Тебя данный факт совсем не смущает? Зачем ехать неизвестно куда, да еще прямо сейчас? Ты нужен брату!
— Вот именно, — твердо ответил Сэм. — И чем быстрее я найду ведьму или какую-нибудь полезную информацию о ней, тем лучше для нашего парня. Не переживай, дружище, ты справишься.
Младший из Винчестеров на мгновение замер у двери, встревоженно оглянулся на спящего беспробудным сном Дина и уверенно подхватил свою дорожную сумку.
— Постараюсь не задерживаться, — прошептал он, бесшумно поворачивая ручку. — Звони, если что.
Ангел обреченно вздохнул, но едва Сэм сделал шаг за порог, с кровати послышался тихий стон. Дин начал ворочаться в постели, отчаянно сминал руками простыни и хмурился во сне, будто ему снилось нечто до омерзения противное. Неразборчивые возгласы быстро превратились в сдавленные крики. Парень беспокойно метался в кровати, лицо быстро покрывалось холодной испариной, в то время как щеки полыхали огнем.
— Холодно… — неразборчиво бормотал он, брыкался во сне и продолжал бредить. — Нет… Отпусти меня… Очень холодно…
— Дин! — в панике кинулся к нему Кастиэль. — Дин, очнись! Слышишь меня?
У парня случился настоящий припадок, и, к ужасу друзей, он никак не хотел просыпаться. Винчестер старший не реагировал на шлепки Сэма по своим щекам, игнорировал громкие голоса и все глубже впадал в беспамятство. Он постоянно срывался на крик, отмахивался от любых прикосновений. В попытке успокоить охотника Кас рухнул на кровать и крепко обхватил парня со спины, не давая ему возможности пошевелиться. Дин до скрежета стиснул зубы, но вдруг успокоился, расслабленно растекаясь по простыне в теплых объятиях ангела. Его дыхание вновь стало тихим и размеренным, лихорадка послушно отступила.
— Плохо дело, — покачал головой Сэм. — Нужно скорее разобраться с этим проклятием, пока оно его не угробило. Кас, не отходи от брата, ладно? Похоже, ты нужен ему даже во сне.
Последняя фраза резанула по сердцу ангела, словно острая бритва. Как он мечтал услышать эти слова, но видит Бог, не при таких обстоятельствах. Сейчас они имели отвратительно горький привкус, и грудь сразу скрутило невыносимой судорогой. К горлу подступил ком, в голову ударила неконтролируемая ярость и желание поубивать всех ведьм на свете. Твари… Зажмурившись, ангел неосознанно обнял Дина еще крепче и едва поборол в себе желание прикоснуться губами к его виску. Нельзя, это неправильно. Нечестно по отношению к его человеку.
В попытке одолеть собственные эмоции Кастиэль так и не понял, когда Сэм успел сбежать в неизвестном направлении. Стараясь не дышать, он медленно поднялся с кровати, стянул с себя плащ вместе с пиджаком, скинул обувь, и вновь устроился рядом с Винчестером, бережно положив ладонь ему на плечо. Дин всегда говорил, что так удобнее, так делают люди. Снимают с себя лишнюю одежду, прежде чем лечь в постель. Что ж, он последует его совету. В данный момент комфорт друга имел для ангела первостепенное значение.
«Сколько я проспал, час, может больше… Голова раскалывается. Что вообще происходит, почему мой ангел лежит рядом? Я чувствую его тепло и аккуратное прикосновение. Нет, не убегай, дай насладиться ласковой, согревающей синевой, проливающейся из твоих глаз. Такой до боли родной и знакомой. Жаль, что ты не можешь увидеть себя моими глазами; не понимаешь, насколько прекрасен в эту минуту. Не бойся меня. Дай ощутить неземную красоту на ощупь. Мелкая колючая щетинка на твоем лице, мягкие губы, трепетная дрожь по горячей коже. Не передать словами. А можно…можно я проведу рукой по рельефным очертаниям твоей груди, скрываемых под тонкой рубашкой? Вот так. Не надо сопротивляться, я восхищаюсь тобой. И хочу до безумия. Иди же ко мне, ангелочек!»