Но этот год стал выпускным для Тэхёна. Да и Хани после окончания третьего курса взяла академический отпуск, ведь уже где-то в начале августа должна была родить. В итоге малышка Квон осталась без защиты, но с подругой, которая умудрилась завести отношения. Она столько всего хорошего говорила о старосте Бину, насколько они подходят друг другу, как он идеален, а затем плюнула на его игнорирование и начала встречаться с безответственным Чимином. В итоге он решил поступать в магистратуру, чтобы быть подольше рядом с Сохи.
Время куда-то уходило, день сменялся ночью и наоборот, но к своему сердцу Мира больше никого не подпускала. На летних каникулах она была дома и только несколько раз съездила в Тэгу, чтобы повидаться с братом, ну и когда Хани родила. Юнги всё-таки сошёлся с Боми, и чтобы не мешать их отношениям, младшая сестрёнка парня немного отдалилась от него. Нет, она не стала звонить ему реже или умалчивать свои секреты, просто больше не лезла в личное пространство двоюродного брата, как это делала раньше.
Дружба Миры и Хосока за время летних каникул так и не переросла в нечто большее. Ей нравилось на полставки работать под его руководством, и девушку, как и раньше, грела изнутри улыбка рыжего, но его статус друга оставался неизменным. Кажется, парень это тоже понял, проводя больше времени с малышкой Квон, поэтому ещё до её отъезда в Сеул он сходил на несколько свиданий со своей застенчивой стажёркой.
От начала нового учебного года Мира ожидала только одного — возможности идти дальше, следовать своему жизненному плану, в котором появление Чонгука было большой ошибкой. Девушке так и не удалось отпустить свою любовь к этому предателю, но топтаться на месте из-за неё студентка Квон не станет. Теперь помимо учёбы у неё появилось куча работы в студенческом совете, за которую начисляют неплохие баллы. Но Мира радовалась другому — у неё совсем не было свободного времени, чтобы думать о нём.
***
Середина августа. Канада, общежитие университета спорта в Торонто…
— Йоу, братан, как домой съездил? Хоть одну кореянку привёз мне в своём большом чемодане? Слышал, ваши азиатские девушки лёгкие, как пёрышки, нетрудно подымать над собой. Я бы не прочь попробовать. — с дурацкими шутками поздоровался с Чонгуком его сосед по комнате — Макс Миллер. — Никак не разберу намёка в твоих словах. Это сексизм или расизм? — Чон только из аэропорта, но уже хочет обратно в Корею. — Эй, бро, ты чего такой злобный? Я же просто пошутил. Не принимай близко к сердцу, лучше собирайся и пойдём на вечеринку. В этом году такие сладкие первокурсницы, я хочу попробовать каждую. — с улыбкой говорил Макс, и пускай английский Чонгука не идеален, он прекрасно расслышал слово «сладкие», из-за чего тут же вспомнил Миру. — Иди сам, мне что-то не хочется. — в принципе сосед по комнате Чона был не таким уж и плохим парнем, просто немного помешанным на сексе, но вряд ли меньше своего азиатского друга. — Ого, с чего вдруг ты стал такой пассивный к женским ласкам? Кого-нибудь повстречал на каникулах или с бывшей помирился? — интересовался студент Миллер, ведь уже кое-что знал о соседе Чоне. — Нет, просто не хочу. — Чонгук был чем-то расстроен, а ведь обычно он не отказывается от вечеринок, где можно подцепить девочку на одну ночь. — Ну, как хочешь. Если передумаешь, ты знаешь, где проходит всё веселье. — Макс подмигнул соседу и ушёл.
Перелёт не был тяжёлым для Чонгука, да и по дому он не особо скучал. Причину своего затянувшегося унылого настроения парень прекрасно знал. Ох, не стоило ему ехать в Тэгу, чтобы поздравить лучшего друга с рождением дочери, он прекрасно понимал, что и Мира там тоже будет. Да, младший Чон ужасно хотел увидеть её вживую, а не на тех фото, что припрятаны в папке ноутбука под названием «Моя сладость». Но увидев у дома Кимов двух подруг, которые уже прощались, брюнет так и не смог решиться выйти из машины, чтобы поздороваться с красавицей Квон.
Как и прежде, в тот день она была прекрасна, слаще, чем во всех фантазиях Чонгука, с которыми он засыпал и просыпался. Парню не удалось выбросить из сердца Миру, она так глубоко засела в нём, в каждой его мысли и тайном желании. Но всё же он не смог простить себе ту ошибку, поэтому держался в стороне от девушки, что, по его мнению, всё ещё проклинала их неудавшуюся любовь. Из Тэгу Чон вернулся в плохом настроении, которое продлилось до отлёта в Канаду.