– Я не виноват.
Кейт нахмурилась:
– Считаете ли вы предъявленные обвинения обоснованными или необоснованными? Говоря, что вы невиновны, утверждаете ли вы, что обвинения в нарушении условий пробации необоснованны?
– Да, мэм, – сказал Гордон.
– Понимаете ли вы, что штат ходатайствует о замене условного наказания тюремным заключением? – спросила Кейт, борясь с нарастающим раздражением. – Для этого не требуется проведение нового слушания с участием присяжных.
Ответчик по-прежнему не смотрел ей в глаза.
– Ясно, мэм.
– Значит, вы это понимаете. Но при этом утверждаете, что обвинения в повторном правонарушении во время пробации необоснованны. В связи с этим вы требуете от штата доказательств вашей вины. Это так?
– Так, мэм.
– Есть ли у вас вопросы по организации слушания?
– Нет, мэм.
– Ваш адвокат назначен судом. Удовлетворены ли вы его кандидатурой?
– Да, мэм.
– Суд готов заслушать свидетелей.
– Защита готова, ваша честь, – сказал Лофтин.
– Обвинение готово к началу слушания? – Кейт повернулась к Фрэнку Парнеллу.
– Обвинение готово.
– Попрошу всех свидетелей, кроме первого, встать для принесения присяги, – сказала Кейт. – Всех свидетелей, которые могут дать показания по настоящему делу, прошу встать и поднять правую руку.
Когда свидетели принесли присягу, Кейт продолжила:
– Прошу свидетелей временно перейти в зал ожидания. Вас пригласят для дачи показаний. Свидетелям запрещается обсуждать свои показания между собой.
Встал адвокат Война Гордона:
– Ваша честь, этот юноша в черном, Вейн Гордон-младший, может выступить в качестве свидетеля, однако нет уверенности, что он понимает сущность предъявленного обвинения. Он не встал и не принес присягу.
Кейт отыскала глазами десятилетнего мальчика:
– Тебя могут вызвать в качестве свидетеля. Встань и принеси присягу.
– Не хочу, – отозвался Вейн-младший.
– Хочешь ты этого или нет, но ты находишься в зале суда. Подними правую руку. Клянешься ли ты, давая показания по данному делу, говорить правду, всю правду и ничего, кроме правды? Да поможет тебе Бог.
– Нет, я не…
– Мальчик мой, суд не желает тебе зла, – перебила его Кейт. – Я уверена, что ты поступишь так, как будет лучше для твоей сестры. А теперь попробуем снова: клянешься ли ты, давая показания по данному делу, говорить правду, всю правду и ничего, кроме правды? Да поможет тебе Бог. Ты клянешься?
– Не знаю я ничего, – буркнул мальчишка.
– Возможно. Там будет видно. Но ты обязан помочь правосудию. – Кейт говорила мягко и сочувственно, чтобы развеять его страхи и добиться доверия.
– Ну ладно, – неохотно согласился Вейн-младший.
В зале заседаний наступила тишина. Упрямца привели к присяге и препроводили в зал ожидания.
– Стороны готовы? – спросила Кейт и, получив утвердительные ответы, объявила: – Начинаем заслушивать свидетельские показания.
Поднялся заместитель окружного прокурора:
– Прошу Элси Гордон занять место для дачи свидетельских показаний.
Кейт слушала, как Парнелл задавал дочери Гордона вопросы о ее имени, месте рождения и прочем, что предусмотрено процедурой.
Какая славная девчушка, подумала Кейт, вглядываясь в подвижное лицо Элси. Но когда Парнелл спросил, указывая на ответчика, знает ли она этого человека, девочку словно подменили. По ее лицу пробежала судорога, глаза наполнились слезами.
– Это мой папа, – произнесла она сдавленным голосом.
– Проживал ли Вейн Гордон в одном доме с тобой и твоей матерью? – спрашивал Парнелл.
– Да, сэр.
– В течение какого времени он проживал с тобой и твоей матерью?
– Всегда.
– А теперь ответь: Вейн Гордон дотрагивался до твоего тела или делал с тобой что-нибудь, по твоему мнению, нехорошее?
– Да, сэр.
– Когда это произошло?
– Два раза: сперва в прошлом году, а потом два месяца назад.
– Почему ты так уверена, что в последний раз это случилось два месяца назад?
– Потому что это был мой день рождения. Мне исполнилось тринадцать лет.
– Ты была дома одна?
– Кажется, одна, сэр. Но возможно, мой брат тоже был дома.
– Назови его имя.
– Вейн-младший.
– Элси, ты можешь рассказать суду, что именно произошло в тот день?
– Ну… я… как бы это… сидела на кровати у себя в комнате и разглядывала альбом с фотографиями, а он пришел… и тоже сел на кровать.
– Сколько было времени, Элси?
Она пожала плечами:
– Часов десять вечера.
– А как папа был одет?
– Он был в трусах.
– В трусах? Иначе говоря, в нижнем белье?
Элси кивнула.
– А ты в чем была?
– В ночной рубашке.
– Продолжай.
– Он… со мной не разговаривал… только велел снять рубашку и лечь на спину.
– А ты?
– Я так и сделала.
– А почему?
– Он бы меня избил, если бы я не послушалась.
– Что было дальше?
– Он… – Элси собралась с духом. – Он стал меня везде трогать, а потом… он… лег на меня сверху.
– И что сделал?
– Вставил мне эту свою штуку.
– Ты имеешь в виду мужской половой орган?
– Да, сэр.
– Продолжай.
– И начал делать это самое.
Элси расплакалась в голос. Фрэнк Парнелл протянул ей несколько бумажных платков. Когда она немного успокоилась, он негромко спросил:
– Что было после этого?
– Он меня… стал прижигать сигаретой.
Вейн Гордон вскочил с места:
– Вранье! Она сама себя прижгла!
Кейт подняла судейский молоток и несколько раз ударила в гонг.
– Сядьте, мистер Гордон. Если вы еще раз позволите себе подобный выпад, это будет расценено как неуважение к суду. Вам ясно?
– Да, мэм, – мрачно ответил Гордон, испепеляя взглядом дочь.
– Слушание продолжается.
Парнелл протянул Кейт стопку фотографий:
– Прошу приобщить эти снимки к материалам дела, ваша честь.
– Принимается.
В течение следующих трех часов свидетели без каких бы то ни было эксцессов давали показания и в пользу, и против Вейна Гордона. Свидетельские показания были подытожены прокурором и адвокатом. Кейт – вся внимание – не пропустила ни слова.
Наконец настало время выносить решение.
– В результате слушаний по делу номер 14432 суд признал выдвинутые обвинения обоснованными и постановил: отменить ответчику условную меру наказания и приговорить его к десяти годам тюремного заключения и денежному штрафу в размере десяти тысяч долларов.
По залу суда пронесся приглушенный шум голосов. Вейн Гордон свесил голову на грудь, Кейт на мгновение задержала на нем взгляд и встала. Судебный пристав объявил:
– Заседание окончено. Прошу всех встать!
Глава 15
Кейт не могла отделаться от мыслей о последнем разбирательстве. «Этот мерзавец заслуживает пожизненного заключения без права на помилование», – гневно думала она, глядя на копии фотографий, представленных в качестве улик. Они так и остались лежать в гостиной – у Кейт не поднималась рука убрать их с глаз долой.
Покинув здание суда, она сразу отправилась к себе. Дом, где она жила, был построен полвека назад, но совсем недавно отделан заново. Деревянные полы и голые балки придавали ему особый уют. В свое время она отыскала этот дом к юго-западу от центра, в районе под названием Территаун, где строения в большинстве своем были такими же: не новыми, но тщательно отремонтированными. Кейт выбрала самую зеленую и тихую улочку.
Только здесь она могла побыть самой собой, сбросив судейскую строгость. Она с радостью копалась в земле, ухаживая за цветами, и пекла свое любимое печенье. Кейт считала кухню сердцем всего дома. Но в гостиной она тоже отдыхала душой. Ей нравились большие окна верхнего света и широкий камин; любовно собранная коллекция старинного фарфора радовала глаз.
Однако сегодняшний вечер был для нее омрачен. Разложенные на столе фотографии бередили душу. Кейт не могла думать ни о чем другом.