В гостиной кучка восторженных девушек-фанаток ждала, когда приедет группа. И как можно было не понимать, что это их вечеринка? Я поклялась себе, что как только увижу руки Каидана на какой-нибудь другой девушке, так сразу же и уйду домой, хоть пешком. Конечно, ему надо работать, но я не обязана при этом присутствовать.
Парни все поголовно пили пиво и оживленно обсуждали звук, инструменты и протянутую по дому акустическую систему. Во всех комнатах из колонок ревела музыка — какие-то местные исполнители.
Я закинула ногу на ногу, потом опустила, потом закинула другую ногу. Копано смотрел на мои беспокойные движения, но никак их не комментировал.
— Ура! Они здесь! — истошно заорал женский голос в соседней комнате, и я невольно напряглась.
На мгновение у меня возникло желание выхватить у Марны недопитый стакан с пивом и опрокинуть в себя то, что в нем еще оставалось. Но тут открылась дверь, и все радостно завопили. Я вытерла вспотевшие ладони о джинсовую юбку — подарок сестры Джея ко дню рождения.
Джей повернулся ко мне:
— С тобой все в порядке?
Я кивнула и заставила себя улыбнуться — конечно, не пытаясь его обмануть. Но он ответил той особой полуулыбкой, которая означала, что стоит мне попросить, и он в ту же секунду отвезет меня домой, даже если придется на полуслове оборвать разговор с Марной.
Как только музыканты вошли в комнату, вокруг них образовалась толпа. Каждому хотелось привлечь их внимание, поговорить с ними. Я старалась не смотреть на девушек, которые наперебой протягивали Каидану перманентные маркеры и просили расписаться у них в ложбинке между грудей или на бедре.
— Пойдем, — сказал Копано и встал. Я последовала за ним, не задавая вопросов. Мы прошли на кухню, поискали свободный уголок, я изучила напитки и взяла кока-колу.
— Тебе налить? — спросила я Копано.
— Я не употребляю кофеина.
— Ого, я на твоем фоне выгляжу испорченной девочкой, а этого довольно сложно добиться.
Он впервые за время нашего знакомства широко улыбнулся, и на его правой щеке появилась ямочка. А у меня в животе затрепетало бабочкино крыло. Я чуть замешкалась, беря стаканчики, а потом вернулась к напиткам и улыбнулась в ответ:
— Не позволяй мне на тебя давить. Это была шутка, нам вовсе не надо всех вас взбадривать кофеином. Как насчет имбирного эля?
— Я думал, его пьют только как лекарство от расстройства желудка.
— Вовсе нет, он вкусный — попробуй!
Я плеснула чуть-чуть в стаканчик и протянула Копано. Он выпил и сказал:
— Похоже на шампанское.
— А ты пил шампанское?
— Да, когда был моложе и еще не переменил свою жизнь.
Я забрала у Копано стаканчик, наполнила имбирным элем на две трети и снова подала ему.
— А что заставило тебя принять такое решение?
Он заговорил, держа стаканчик в руке, и передо мной ясно возникла картина из его памяти.
— Когда мне было пятнадцать, мы с двумя братьями отправились в городок неподалеку от нас, где миссионеры из Уэльса устроили религиозный лагерь. В наших планах было учинить там какое-нибудь безобразие и вызвать гнев. Но мы появились в тот момент, когда все молились. А я до того ни разу не видел, как люди молятся, и испытал… странное чувство. Как будто мне есть на что надеяться. Я вернулся к отцу и сказал, что не буду больше работать. Думал, что он как минимум от меня отречется, но он ответил молчанием. Сделал вид, что не слышал. Все следующие годы он со мной почти не говорил, но ни разу не попытался заставить работать. А когда мне исполнилось восемнадцать, я поступил в колледж и уехал из дома.
Я прониклась к Копано огромным уважением. Если он чего-то и боялся, то не показывал вида. Почему не он унаследовал таинственный Меч Справедливости?
Вечеринка шла своим чередом, народу в кухне прибывало, и мы поневоле были вынуждены встать ближе друг к другу. Вдруг в противоположном конце помещения я заметила Каидана. Он, прислонившись к барной стойке, болтал с платиновой блондинкой, которая то и дело взмахивала головой, задевая его волосами. У меня засосало под ложечкой. Когда это он успел войти? Блондинка налила в рюмку что-то золотистое и подала Каидану. Он выпил залпом, поставил рюмку и одновременно без улыбки посмотрел в мою сторону. Я повернулась к нему спиной и сделала глоток из своего стаканчика.
Поначалу в ауре вечеринки преобладали яркие веселые цвета, хотя попадались и туманно-серые пятнышки. По мере того, как исчезали напитки, цвета бледнели и тускнели, а голоса звучали все громче.
К нам с Копано протиснулись сквозь толпу Марна с Джеем. Почти сразу же вслед за ними подошли Джинджер и Блейк. А две минуты спустя возник Каидан с бутылкой, рюмками и ломтиками лайма. Каким-то образом ему удалось отделаться от девушки.