Жуть-то какая! Как в ужастике прям! Внимательно слушаю волчицу. Она говорит ледяным, совершенно несвойственным ей тоном. Значит, даже бета верховных альф стоит выше в иерархии, чем остальные вожаки.
— Десять жителей были укушены в столице. Двое в северном регионе, трое — на юге. И в восточной части три жертвы. Всех их отличает лишь одно — это обычные работяги. Люди, живущие в простых районах. Десять женщин и восемь мужчин.
— Значит, детей не трогают? Подростков, студентов? — уточняет Яр.
— Верно. По крайней мере нам об этом неизвестно.
— И последствия укуса? — спрашивает Марат, — обычно волки не кусают людей. А если и кусают, то люди выживают…
— В крови всех жертв найден один вирус. Его геном мы пока расшифровать не смогли. Но у Киры есть предположение.
Внутри всё леденеет. Мне кажется, что сейчас Агнесса произнесет что-то, что всё изменит.
— Какое? — подаёт голос пожилая дама в серебряном платье.
— Среди нас завелся тот, кто хочет пошатнуть законы природы. И обратить человека в волка.
Повисает тяжелая тишина. Волки ошарашены. А я не понимаю…
— А что обращения невозможны? — шепчу Наилю.
— Нет. Мы представители разных рас. Смешение крови невозможно.
— А как же дети… неужели совсем нет? У людей и волков?
— Они рождаются волками. Наши гены всегда побеждают. А сейчас речь идёт о создании искусственного оборотня.
— Пока все жертвы гибнут. Очень похоже на намеренное испытание этого вируса.
— Боги… — пожилая дама встаёт, затем садится обратно.
— Какие дикари додумались до такого?! — рычит Марат.
— Это мы и собираемся выяснить. Отныне для всех стай будут установлены новые правила. Мы вышлем их вам по почте. Также из центра будут направлены группы оборотней для проверки каждого члена стаи. Мы найдём предателя и будем его судить в соответствии с нашими законами.
Оборотни не спорят. Кивают. У меня складывается впечатление, что среди них предателей нет. Есть лишь пожилой волк, которому тяжело даётся следовать приказам молодых альф. Одна безответно влюблённая волчица. И дама, которой всё это управление нафиг не сдалось.
Остальные тоже не вызвали во мне негативных чувств.
— Ты уверена, что хочешь домой? Эти нападения, — Наиль с тревогой глядит на меня.
— Согласен. Поехали к нам, — заявляет Гриша.
— Нет. Я хочу увидеть маму и папу! В последний раз перед тем, как вы вычеркнете меня из их жизни. Плюс они тоже живут в спальном районе… я беспокоюсь.
— Ладно. Митяй отвезет тебя, — Арзанов прижимает меня к себе, — и будет сопровождать. Прошу, не отходи от него. Договорились?
— Конечно! — целую его в губы, затем Гришу.
Мы выходим через служебный вход. На улицах безлюдно и темно, горят лишь фонари.
— Если что, сразу звони, поняла? — наставляет меня Шахов.
— Конечно, — улыбаюсь, — это в последний раз. Затем я навсегда останусь с вами.
Оборотни переглядываются. А я сажусь на заднее сиденье. Митя трогается с места.
— А Агнесса? — спрашиваю волка.
— Ей нужно ещё поработать.
— Ясно… вы почти не видитесь. Она в офисе, ты со мной возишься.
— Видимся. Не беспокойтесь, — улыбается Митяй, — как родится сын, будем ещё чаще вместе.
Мы быстро доезжаем до дома моих родителей. Митя открывает мне дверь. Я направляюсь к двери подъезда. Изнутри рвется непонятная тревога. Под кожу залезает, течет по венам.
— Ну, спасибо тебе, Митя. Езжай к своей жене.
— Сказано доставить до квартиры, — чеканит водитель, — и следить до утра.
— Ладно, — пожимаю плечами.
Захожу в квартиру. Отпускаю охранника. Мама и папа, наверное, уже спят. Но мне вдруг становится очень страшно. Настолько, что ноги трясутся. Опускаю взгляд на ковер в коридоре.
— Боже… кровь… — делаю шаг, затем следующий.
Бегу в спальню родителей. Папа лежит на полу, весь в крови.
— НЕТ! — кричу, увидев, как над лежащей в постели мамой скрючилась чья-то фигура, — ОТОЙДИ ОТ НИХ!
— АААРРРРААА! — существо поднимает голодные алые глаза.
Затем прыгает. Сшибает меня с ног, валит на пол. Сопротивляюсь, но оборотень слишком силён.
Последнее, что я чувствую, это резкая, удушающая боль в шее и сильный, бьющий в нос запах собственной крови…