Он оказался совершенно не подготовлен к появлению яркого масляно-желтого шара не более чем пяти футов высотой, затянутого в желтый в цветочках халат с немыслимым тюрбаном на голове, который величественно, как королева Англии, проплыл в темную "Солнечную гостиную". Сьюки, а это была именно она, протянула ему миниатюрную руку, демонстрируя чудовищный, размером с кубик льда, кричаще-зеленый изумруд. Сержант не совсем понял, что от него требуется: поцеловать руку или оценить стоимость камня. Сержант Марчетти решил сразу же брать быка за рога:
— Вы японка?
— Простите?
— Сьюки, имя "Сьюки" разве не японское?
— Я бы не сказала. Вот вы — коренной американец?
— А?
— Неужели Буффало — "Буйвол" — не индейское имя? "Соколиный глаз", "Пляшущий Волк", "Красный Буйвол". Позволю себе предположить, все это индейские имена.
— Ну нет, я итальянец. "Буйвол" — это из-за курчавых волос, взгляните. Дворовая кличка, просто приклеилась. — Он шагнул к ней, так что оказался почти вплотную, и нагнул свою взъерошенную голову. В ее переделанные хирургом-косметологом ноздри пахнуло чесноком и свежим базиликом. — По-настоящему меня зовут Джо.
Фараон дружески ухмыльнулся светской хронике.
— О, Джо! Тем не менее в "Буффало" — что-то есть, какое-то звериное начало. — Она оценивающе оглядела его. — Буффало вам больше идет.
Она одарила его улыбкой, которую сорок лет назад можно было назвать кокетливой, но и сейчас в ней сохранилось что-то от прошлого обаяния.
— И что же нужно нью-йоркскому департаменту полиции от усталой Сьюки? — Она знаком предложила ему сесть на нечто покрытое парчой и украшенное бахромой.
— Ну, в данный момент я занимаюсь расследованием убийства маникюрши из салона Тенди.
Сьюки подняла руку и внимательно посмотрела на свои ногти.
— Я делаю маникюр в салоне Арден.
— Вам известно, что у Кингмена Беддла значительные интересы в бизнесе Тенди?
— Разумеется, известно. Она была его любовницей, прежде чем он женился на нынешней миссис Беддл. Об этом вам скажет любая из тысячи обозревательниц светской жизни, совсем не обязательно было приходить к Сьюки. — Она поправила тюрбан, пристроив его на левом ухе.
— У мистера Беддла есть враги?
Сьюки громко рассмеялась и откинулась на спинку оттоманки.
— Враги? Человек вроде Кингмена Беддла не имеет ничего, КРОМЕ врагов. В обществе, в бизнесе. Врагов-завистников, врагинь из числа экс-жен. Кингменам Беддлам этого мира гораздо труднее иметь друзей.
— Откуда он взялся?
Она улыбнулась на манер Чеширского кота: вопрос на миллиард долларов.
— Он приехал из Ричмонда, штат Виргиния. Прискакал верхом, как один из Рендольфов, очень респектабельных Рендольфов.
Буффало Марчетти постарался кивнуть с самым серьезным видом. Сьюки, казалось, увлеклась рассказом.
— Когда он женился на Энн Рендольф, прелестной девушке до того, как та сломалась, матери Другой. Вы понимаете, о чем я, не правда ли? ОНА пыталась уйти из жизни, но не вышло. Всякому нормальному человеку тяжело вот так разом свести все счеты с жизнью.