Захара
PS: Ты жалеешь об этом? Убив парня, который застрелил Элмо? Сделал бы ты это снова, зная о последствиях?
Письмо № 208 (черновик 1)
Почему тебя интересуют отношения Адриано с его женой? Он тебе нравится? Этот придурок к тебе приставал? Потому что если да, я организую так, чтобы один из его собственных грузовиков переехал его, а затем сдал назад и врезался в него задним ходом! От этого ублюдка ничего не останется, кроме красного гребаного пятна на дороге!
Я комкаю письмо и выбрасываю его в мусорное ведро.
Черт возьми!
Письмо № 208 (черновик 2)
Какое имеет значение, что жена Адриано ему изменяет? Если этот тупой ублюдок знает об этом и ничего не делает, он грёбаный слабак. Между вами что-то было? Если он трахнул…
Черт, черт, черт!
Я смываю эту чертову попытку написать ей письмо в унитаз.
Письмо № 208 (черновик 3)
Не могла бы ты узнать распорядок дня Адриано? Узнай, любит ли он гулять в час пик. Не могла бы ты сообщить мне день и, возможно, конкретное время? Пожалуйста? Мне просто интересно узнать, чем он занимается в свободное время.
Скомкав листок, я засовываю его в горло этого громко дышащего, мать его, придурка. Этот ублюдок не должен был проходить мимо моей тренировочной скамьи. В следующий раз он будет знать. Черт побери.
“Это смешно”, — снова раздаются эти язвительные комментарии от моего внутреннего я. — “Может, тебе стоит подумать о том, чтобы поговорить с кем-то. Ну знаешь, с профессионалами”.
— Клянусь, я найду способ выкинуть твою задницу из своей головы.
“Удачи тебе”.
Письмо № 208
Захара,
Даже если бы я заранее знал последствия своих действий, не уверен, что смог бы себя контролировать. Когда я держал Элмо на руках, чувствовал, как его кровь сочится сквозь мои пальцы… Мои пальцы, которые закрывали его уже не бьющееся сердце… И когда понял, что его больше нет. Я просто потерял контроль.
Я прекрасно знал о бесчисленных свидетелях того, что я собирался сделать, но это не помешало мне прикончить ублюдка, который застрелил твоего брата. Как будто меня охватил какой-то животный порыв. Если бы я мыслил рационально и с оглядкой на прошлое, зная, что потеряю восемнадцать лет своей жизни, я бы повременил с убийством того придурка до тех пор, пока никого не окажется рядом. Но очевидно, что в то время мозг меня покинул. У логики не было шансов, когда я наблюдал, как умирает Элмо.
Что касается твоей сестры — она знала о сделке. Я не обманывал ее и не лгал о том, с чем ей придется столкнуться. Так что нет. Я не чувствую себя плохо. Однако мне жаль, если это тебя разочаровывает. Но что-то мне подсказывает, что это не так.
Ты знаешь меня достаточно хорошо. И ты также знаешь, что это нужно было сделать, какой бы горькой эта пилюля ни была. Ты знаешь наш мир. Как он устроен. Ты всегда знала.
Если бы я мог повернуть время вспять и исправить свою единственную ошибку в прошлом, я бы не стал менять свои действия в тот день, когда умер Элмо. Я бы использовал этот единственный шанс, чтобы не написать тебе свое первое письмо. Или я бы сжег то письмо дотла, прежде чем оно отправилось тебе. Потому что единственное, о чем я действительно сожалею в этой жизни, это о том, что вовлек тебя в свои неприятности и подверг тебя опасности. За это я надеюсь, ты когда-нибудь найдешь способ простить меня.
Мне очень жаль слышать, что Леоне нездоровится. Будем надеяться, что эта старая свинья поправится. Всегда есть план Б, но я бы предпочел не приводить его в действие.
Мой друг свяжется с Нерой в ближайшее время. Пожалуйста, убедись, что та услуга, о которой он попросит, будет ему оказана.
М.
PS: Адриано часто приезжает к вам?
Письмо № 241
Дорогой Массимо,
Лючия сказала сегодня свое первое слово. И это было слово «нет». Я не удивлена — этот ребенок — настоящий кошмар. Несколько дней назад у Айрис чуть не случился сердечный приступ, когда Лючия залезла в мою шкатулку с драгоценностями и каким-то образом умудрилась сломать одно из ожерелий, которые мне купил папа. Мне потребовалось некоторое время, чтобы убедить ее, что его не нужно чинить, я все равно никогда его не надену. Вид этих безделушек всегда оставляет кислый привкус во рту. Это напоминает мне, что папа никогда не помнил, что я не могу носить ничего, кроме платины. Я говорила ему об этом по крайней мере дюжину раз, но он все равно просто продолжал покупать побрякушки из золота. Вероятно, он считал, что золото выглядит более экстравагантно, и в конце концов я просто перестала поднимать эту тему.