— Боже мой, Массимо, — выдыхает Сальво. — Ты сошел с ума.
— Может быть. А может и нет. Я планирую сообщить об этом Совету в четверг, перед голосованием.
— Значит, ты почти готов.
— Посмотрим. — Я откидываюсь на спинку стула и сплетаю пальцы за головой. — Теперь нам нужно обсудить еще одну вещь. Твою компенсацию за твою преданность. Ты, конечно, останешься моим заместителем. Но что еще тебе нужно?
Сальво смотрит на меня, прищурив глаза. Возможно, он раньше говорил, что ничего не ждет взамен, но он бизнесмен. Он ни за что не упустит такую возможность, не воспользовавшись ею. Может, попросит взяться за казино. Меня это вполне устроит. Я найду для Тициано какую-нибудь другую роль.
— Связать себя узами брака с женщиной из Коза Ностры по моему выбору, — наконец говорит он.
Мои брови взлетают вверх. Этого я не ожидал.
— Выбирай. Мне нужно только имя, и мы назначим дату и забронируем церковь.
— Зара Веронезе.
Мое зрение краснеет, затмевая все в комнате. Я понятия не имел, что двигаюсь, пока мой кулак не смыкается на рубашке Сальво, когда я толкаю его к стене.
— Что ты сказал? — Мой голос едва слышен, когда я приближаю к нему свое лицо.
— Ты сказала, что я могу выбирать, — хрипло говорит он, глядя на меня. — Я второй по рангу член Семьи. Кто может быть лучшим кандидатом для женитьбы на твоей сестре, чем я?
Она мне не сестра, мать вашу! Мне хочется кричать эти слова во все легкие, но я каким-то образом заставляю себя их проглотить. Он прав. Она не моей крови, но все еще член моей семьи. Я не имею права сходить с ума из-за того, что он ею интересуется. Но, несмотря на это, я хочу уничтожить его на месте.
Он не может ее получить! — ревёт этот лицемерный придурок у меня в голове.
— Никогда, — рычу я.
Сальво кладет ладони мне на грудь и отталкивает меня назад.
— Заре нужен кто-то, кто сможет ее защитить. С учетом того дерьмового шторма, который ты собираешься обрушить на нас всех. Какого хрена ты не отослал ее вместе с Нерой?
Потому что я не могу вынести даже мысли о том, чтобы быть вдали от нее. Потому что я хочу быть тем, кто защитит ее.
Да, но кто защитит ее от тебя? От мужчины, который использовал ее с тех самых пор, как она была ребенком? От ее собственного сводного брата, которого последние три года мучают грязные мысли о ней?
Заткнись, придурок!
— Захара тебя не касается, и никогда не будет. А теперь проваливай с глаз моих, пока не потерял свою селезенку! — рычу я.
Глаза Сальво сверкают от удивления.
— Между тобой и Зарой что-то есть? Поэтому она здесь живет, с тобой?
— Не смеши, — огрызаюсь я. — Учитывая ситуацию, ей безопаснее остаться здесь, чем жить одной.
— В тебя только что стреляли!
— И я с этим справился. Никто не сможет обеспечить безопасность Захары лучше, чем я!
Прищурившись, Сальво смотрит на меня.
— Если между вами двумя что-то происходит, это вызовет скандал эпических масштабов. Ты же знаешь, какова Семья, когда дело касается женщин. Осуждения. Беспощадные сплетни. Дурная репутация. Слухи и клеймо будут преследовать ее всю оставшуюся жизнь. Они сломают ее, Массимо.
Я отпускаю его рубашку и смотрю ему прямо в глаза.
— Между мной и моей сводной сестрой ничего нет. Никогда не было. И никогда не будет. И если ты хотя бы подумаешь снова произнести эту чушь, я тебя прикончу.
Сальво поправляет галстук и обходит меня, направляясь к двери.
— Что ж, я рад, что ошибся. Даже если она не была твоей сводной сестрой, я не могу представить себе более жалкую партию для тебя. Просто… посмотри на себя. Ведешь себя словно дикий зверь на свободе.
Дверь за ним закрывается с тихим щелчком.
Я поворачиваюсь к окнам, которые выходят на заросший двор, и обхватываю затылок руками. Он прав. Чертовски прав. И он даже не знает, насколько я на самом деле облажался.
И откуда, черт возьми, у него возникла идея жениться на Захаре? Стратегически это был бы хороший ход для него, но есть ли в этом что-то еще? Между ними что-то было?
Ее жизнь принадлежит ей. Она может быть с кем захочет. Даже с Сальво. У тебя нет права ревновать. Или злиться. Она не твоя и никогда не могла быть твоей.
— Уже передумал? — бормочу я. — Минуту назад твоя собственническая задница горела от одной мысли, что Сальво хотел сделать ее своей женой.