— Алло, комната восемьдесят семь. Я попросила бы две порции копченой семги, сандвичи с сыром и мясом. И еще, могли бы вы попросить того молодого официанта, который приехал на мотоцикле, принести это ко мне? Ах, это вы и есть? Через десять минут. Спасибо.
Она повесила трубку. Итак, у нее десять минут, чтобы приготовиться. И вероятно, сандвичам придется подождать гораздо дольше.
А может, и не придется. Хетер представила себе, как она ест, а он наблюдает за ней…
Хетер сбросила халат и стала рыться в бауле, который она еще не удосужилась распаковать. У нее не было иллюзий. Ей девятнадцать лет, она миниатюрна и не может конкурировать в сексуальном отношении с большинством приглашенных сюда женщин. Но она может играть роль девственницы. Некоторые мужчины, похоже, на это падки.
В конце концов Хетер остановилась на белом кружевном лифчике, белом поясе и цвета слоновой кости чулках. Она быстро их надела, оставила дверь раскрытой и забралась в постель, лишь до пояса прикрывшись простыней. Вскоре раздался стук в дверь.
— Входите, — отозвалась она. — Я оставила дверь открытой специально для вас.
Юный официант внес в комнату поднос, поставил его на стол и замер, уставившись на лежащую на кровати Хетер. Она подумала, что он выглядит несколько удивленным, но отнюдь не обескураженным, похоже, не первый раз гости хотят от него того, что не входит в меню. Затем он подошел к двери и без колебаний запер ее. Когда молодой человек повернулся к Хетер, он уже расстегивал свой официантский жилет и развязывал галстук.
Хетер отбросила в сторону простыню. Трусиков на ней не было, к тому же она широко раздвинула бедра. Официант остановился и уставился на густоволосую киску. Закинув одну руку за голову, пальцами второй Хетер раздвинула срамные губы, давая ему возможность получше разглядеть расщелину. Затем дотронулась средним пальцем до клитора. Официант проглотил слюну. Перед его брюк сильно оттопырился. У Хетер не было сомнений, что он даст ей то, чего ей хочется. Однако же не будет большого вреда, если она заставит его немного потерпеть.
— Подойди сюда, — приказала она, играя пробудившимся клитором. — Да захвати сандвичи. Они не были просто поводом. Я и в самом деле голодна.
Она взяла с подноса сандвич и, вздохнув, вонзила в него зубы. «Еда и секс», — металась в голове мысль, Контраст и разница вкусов и ощущений. Хетер медленно жевала и одновременно наслаждалась выражением лица юноши, который не спускал взгляда с ее волосатой киски, губы которой были такие же розовые, как и семга, которая исчезала у нее во рту.
Когда первое чувство голода было утолено, Хетер облизала соленое масло со среднего пальца и села на край кровати.
— Подойди поближе, — сказала она, и официант подчинился.
Она расстегнула пряжку его пояса и молнию на ширинке. Брюки свалились до щиколоток. Хетер стянула вниз его хлопчатобумажные трусы. Пенис юноши был теплым и бархатным. Она взяла его в рот.
Она делала это и раньше — главным образом для того, чтобы ублажить своих дружков, которые хотели этого. Но никогда не получала от этого большого удовольствия. У нее болел от этого рот. Сейчас она вдруг поняла, какой эрогенной зоной может быть рот. Каким вкусным и аппетитным было мясо между ее губ.
Она водила языком по нижней части набухшего ствола. Юноша стонал от возбуждения. Он сбросил с себя остатки одежды. А Хетер наслаждалась тем, что имеет такую власть над мужчиной, может заставить его стонать, сделать своим сексуальным рабом. Только сейчас она начала понимать, почему некоторым женщинам это так нравится.
Член юноши был словно живой во рту. Напряженными губами Хетер ощущала движение крови вдоль ствола. Он был до предела тверд и крепок. И вдруг раздался громкий вскрик, и член выстрелил спермой прямо в ее горло.
Хетер улыбнулась, довольно замурлыкала и проглотила сперму. Вкус для нее был незнаком: жидкость была солоноватой и скользкой, как рыба. Этот вкус она определенно должна запомнить.
— Теперь твоя очередь, — сказала Хетер, облизывая губы.
Она легла на спину и снова широко раздвинула ноги. Похоже, юный официант отнесся с большим энтузиазмом к предложению. Он тут же зарылся лицом в волосатую промежность и глубоко вздохнул. Хетер сделалось щекотно, и она поежилась.
«Не может ли он сейчас учуять сохранившийся во мне запах Алекса? Несмотря на принятый душ. А может, мысль о том, что он собирается сосать меня, после того как меня совсем недавно трахали, еще больше заведет его?»