Прощайте, дорогая аббатиса. Мне пора идти в Оперу. Я буду Вам часто писать. Прошу Вас также писать мне почаще. Целую всех с нежностью подруги и любовницы.
Лаура де Фондевиль
Париж, 20 ноября, 1790 года».
Я собрала капитул и познакомила сестер с письмом, поделившись в то же время своими опасениями… Опасениями, которые, увы, оказались небезосновательными.
— Этот Флоридор, — сказала я, — представляется мне развратником. Я боюсь, что он обманет Лауру. Однако никому не удавалось избежать разочарований в любви. Если бы она посоветовалась со мной, то я убедила бы ее сдержать страсть, которая может оказаться такой опасной. Здесь она не испытывала недостатка ни в чем. Столь опрометчивый побег говорит о том, как неразумны и нерассудительны молодые. Ей ведь всего шестнадцать. В обители она могла бы наслаждаться радостями еще несколько лет, а за это время ее родители нашли бы для нее выгодную партию. Она возвратилась бы в отчий дом с честью и сменила бы апостольник на фату невесты, а уж мы-то позаботились бы о том, чтобы восстановить нарушенную девственность, и ее супруг не усомнился бы в том, что она чиста и непорочна. А что ждет ее теперь? Она носит в себе дитя. Когда о том узнает Флоридор, он сразу же бросит ее. Ах, продолжала я, обращаясь к сестре Урсуле, — ты поступила куда более благоразумно. Ты последовала моему совету и, думаю, не жалеешь об этом. Твоя матушка нашла для тебя богатого жениха, и скоро ты из моих и отца Мудолома объятий попадешь в объятия своего мужа, который будет думать, что это он научил тебя любовным играм, в которых ты, надо сказать, разбираешься как тонкий знаток.
Несколько капель особого снадобья сделают незаметным ущерб, какой нанесло тебе орудие отца Мудолома.
Исчезновение Лауры причинило мне горькую обиду, ибо я успела привязаться к ней. Однако, я неплохо утешилась в обществе Мудолома и сестер: оргии наши продолжались. Прошел месяц, а новостей от Лауры не было. Родители ее писали мне письма, полные тревоги за поведение дочери. Я утешала их как могла.
Затем, месяца через полтора, пришло письмо от нашей беглянки. Вот оно. Я привожу его специально для тебя без сокращений:
«Ах, дорогая аббатиса, как глупо я себя вела! Я обманута в своей вере и любви. Флоридор, который, казалось, так любит меня, оказался чудовищем. Вы знаете, что у меня была шкатулка с драгоценностями. Так вот, негодяй бросил меня, прихватив ее с собой. Я осталась с пятнадцатью франками. Вообразите мое отчаяние! К счастью, к тому времени я познакомилась с благородным человеком, нашим соседом. Я не колеблясь рассказала ему о своей беде и о предательском поступке моего любовника. Он отнесся ко мне с сочувствием и тут же предложил мне материальную помощь.
„Вы будете отомщены, — заверил он меня, — ибо женщина, с которой он уехал, пользуется дурной славой. Держу пари, что скоро он пожалеет о своем поступке. Однако остерегайтесь: как бы он не вернулся и не соблазнил вас вновь, поскольку тогда вы разделите с ним злую долю. Лучше нам переехать в другое место“.
И мы в тот же вечер перебрались на Шозе д'Антен. Я не могу сказать ничего, кроме хорошего, об этом господине. Совершенно очевидно, что он не намерен обманывать меня.
Он сказал: „Я могу оставаться в столице только три месяца. С собой я вас взять не могу, но перед отъездом я хочу позаботиться о вашей судьбе. У вас замечательный голос, к тому же вы знаете ноты. Я в приятельских отношениях с директором Оперы. Попробую использовать свое влияние, чтобы он вас прослушал“.
Так и вышло: он поговорил обо мне со своим другом, тот послал за мной, послушал мое пение и остался доволен моим голосом. Было нетрудно заметить, что я произвела на него хорошее впечатление. Он обещал дать мне несколько уроков и добавил: „Уверен, что смогу для вас что-нибудь сделать, мадемуазель. Не пройдет и двух месяцев, как вы получите место в хоре. Трудитесь как следует, тогда вы сможете заработать себе на жизнь. У вас несомненный талант“.