- Ну, подожди. Ты же ещё ничего не видела и при том это он тебя со мной познакомил...
- Низкий ему до земли. Вот именно, зная его, там наверняка, какое-нибудь низко сортное дерьмо или же гадость, как, впрочем, и всё в его жизни.
- Теперь я понял почему он был против того чтобы я показывал тебе эти бумажки.
- Он так сказал?
- Ага.
- Мудак...
- Фи...Как можно? Милая, ну разве может такой красивый ротик произносить такие грубые слова?
- Ты прекрасно знаешь, что он ещё и не такие может. Давай сюда бумаги я посмотрю, что там...
- Может не стоит?
- Нет, теперь я уж точно посмотрю, что он тебе подсунул.
Синицын взял со стола папку и передел её супруге.
Сначала она читала молча, лишь изредка поднимая глаза на мужа, но дойдя до самого интересного, Татьяна так посмотрела на него, что Дмитрий чуть было не подавился куском ветчины, который он спешно пытался прожевать.
- Ты, что идиот? Это же...это же! Полный…! Ты читал это?
- Ну, я так глянул мельком... - растерянно проговорил Синицын.
- Мельком? Ты за чем этот домой принёс? Я просто охреневаю над тобой. Митя! За такое нас могут и в лес отвезти. Ты понимаешь? Я конечно думала, что Петухов сволочь, но что настолько? Что он тебе пообещал? Ну!
- Что, что? Денег, много денег и контракты за бугром и покровительство серьёзных людей из министерства.
- Тебе, что денег мало? Ты посмотри на это всё! Ты даже ешь с серебра и срёшь на золото! У нас дом, у нас вилла в Испании, три квартиры в Москве и в Питере. Автопарк свой. Что ещё тебе надо?
- Да я ещё ничего не обещал. Что ты завелась?
- Не надо было эту грёбаную папку вообще открывать! Завтра же отнесёшь всё обратно этому хмырю престарелому. Понял?
- Да, понял! - рассердился было Дмитрий.
Жена уловила его интонацию.
- Митя! Я тебя предупреждаю, наше дело сторона. Мы в эти игры не играем. Я в своё время нахлебалась этого дерьма вдоволь. И ты между прочим тоже не ветчину с икоркой трескал в своём Мухасранске, а бутылки сдавал чтобы макароны эти сраные, которые от тарелки хрен отскребёшь, глотом глотать с голодухи. Поэтому они пусть, как хотят, своё дерьмо сами разгребают. Я родить хочу спокойно и жизнь закончить глубоко на пенсии, на берегу Средиземного моря. Ты понял? Всё, давай спать ложиться, поздно уже...
Ровно в три часа ночи Синицыных разбудил настойчивый стук в дверь.
- Кто там? - сонным голосом произнёс Дмитрий, подойдя к входной двери.
- Дмитрий Валерьевич, откройте это Александр Гольдин.
- Сашка? Ты, что охренел? Ты на часы смотрел? Какого хрена...?
- Откройте, прошу это очень важно...
- Я сейчас открою, но ты, говнюк, тогда не обижайся! - он рванул с силой дверь с желанием проучить своего помощника за столь поздний визит, но к удивлению своему, увидел перед собой незнакомого ему человека.
- Не понял... А вы кто? И где Александр?
- Это уже не важно, - ответил незнакомец. - Давайте зайдём внутрь, нам лишние уши ни к чему.
Он не сильно подтолкнул хозяина квартиры и оба они тотчас оказались внутри.
- Простите, вы что себе позволяете? Я сейчас в полицию позвоню... - возмутился Синицын такому повороту событий.
- А вот это, я вам делать категорически не рекомендую. Поверьте, вам не меня бояться надо.
- Дима, это кто? - неожиданно для всех подала голос разбуженная вместе с мужем Татьяна.
- Простите, Татьяна Александровна за столь поздний визит, но дело уж очень важное и спешное. Ваш муж попал, скажем так, в очень нехорошую историю...
- Я вас знаю?
- Мы с вами встречались месяц назад. У вас в редакции. Помните? У Вяземского в кабинете...
- Андрей Владимирович, кажется, майор из...?
- Да. - быстро перебил её ночной гость. - Уточнять не стит, а у вас прекрасная память. К сожалению времени, совсем нет. Мне нужно поговорить с Дмитрием Валерьевичем наедине. Вы позволите?
- А? - недоуменно произнёс совсем уже проснувшийся Синицын глядя на жену.
- Говорите, у нас секретов нет. Тем более я кажется догадываюсь о чём будет этот разговор... Дело ведь в бумагах, которые всучил моему мужу этот старый мудак?
- Татьяна? - вмешался было Дмитрий, но тут же получил от жены удар локтем в бок, заставивший его поперхнуться.
- Молчи! Я так и знала, что этим всё кончится... Всё плохо, да? - спросила она с дрожью в голосе.
Последние слова её были обращены к майору.
- Пока не знаю. Дело в том, что этот, как вы выразились, старый мудак, уже дал согласие от лица Дмитрия тем, кто передал ему эту информацию...
- Вот, гнида... - снова не сдержалась в выражениях Татьяна. - Чуяло моё сердце... Ох...
- Ну, что ты Танюша? Ты же знаешь я ему ещё ничего не ответил, и он не... Я им в общем, всё объясню...
- Кому им? Ты, что дурак, Митя? Да с тобой даже разговаривать никто не будет...