Джэйден не скрывает, что ему смешно.
- А что он должен придумать, Лив, не поделишься? Может, я чего-то недопонимаю?
Сверкаю в ответ гневным взглядом.
- В том-то и дело, что его фантазия не знает границ! Черт! Мне пора домой. Я и так задержалась!
Джэйден идет вслед за мной. Чувствую на себе его пристальный насмешливый взгляд.
- Твой отец так удивился, когда увидел меня рядом с тобой… У тебя что, никогда раньше не было друзей? – спрашивает он, приблизившись ко мне так, чтобы идти наравне.
- Нет.
- Совсем? Никогда? – изумляется он.
Отрицательно качаю головой.
- У меня были занятия поважнее.
- Балет, я помню… Господи, да ты вообще что-либо видела в жизни, кроме своего танцевального класса?
- Меня устраивает моя жизнь! – резко осекаю его, - и я не намерена в ней ничего менять!
Джэйден замолкает. Он погружается в свои мрачные раздумья, и до самого моего дома не произносит больше ни слова. Это весьма кстати, потому что у меня резко пропадает настроение шутить. Я уже мысленно готовлюсь к словесной атаке мамы. Оправдываться придется долго и много. Новый знакомый, парень, причем не тот, с которым она видела меня на парковке университета. Замечательно, Лив! Сама виновата!
- Спасибо, что проводил, - буркаю я, не поднимая глаз.
- Спасибо, что не дала умереть от жажды.
Старательно прячу усмешку. Нет, больше не куплюсь на это. Главное, не смотреть на него. Я иду в дом, делая над собой колоссальное усилие, чтобы не обернуться.
- Эй, Лив!
Замираю на месте.
- До встречи! – в голосе Джэйдена веселые нотки.
Молча киваю и ухожу. Лишь, когда дверь закрывается за моей спиной, я позволяю себе выдохнуть. Кажется, ты попала, Оливия! Или на верном пути к этому!
Глава 9
Я проглатываю свой ужин, и нахожу себе всевозможные занятия, оттягивая звонок матери. Интересно, отец уже ей позвонил? Если да, то, что он сказал? Что вместо учебы я провожу время в компании с парнем? Надеюсь, он не домыслит себе такого, за что я буду вынуждена краснеть?
Тянуть больше нельзя. На часах и так восемь. Я набираю номер мамы, но вопреки всем моим страхам, она ни словом не обмолвливается о том, чего я так боюсь. Наш разговор содержит все те же рядовые вопросы и касается моих успехов на репетициях, расписания и домашних забот. Самочувствие бабушки остается по-прежнему плохим, но мама не теряет надежды на улучшение и рассчитывает приехать в конце следующей недели. Пожелав друг другу спокойной ночи, мы прощаемся, и, отключив телефон, я еще несколько минут просто глупо таращусь на него. Очевидно, папа и здесь занял мою сторону. Может, мне кажется, но он явно хочет, чтобы во время отсутствия мамы, я немного выдохнула. Поэтому с утра он и предложил мне остаться дома. Наверняка, наше общение с Джэйденом он тоже относит к тому же разряду.
Мои щеки загораются румянцем, стоит мне только вспомнить, как тот смотрел на меня… Господи, что со мной происходит! В растерянности я даже подхожу к зеркалу, чтобы проверить и вправду ли я горю. Так и есть. Закусываю губу, окидывая себя взглядом. Девушка с той стороны так похожа на меня, и в то же время я не узнаю в этой копии себя прежнюю. Пока не понимаю, что именно изменилось, но я непременно это узнаю. Надо лучше прислушиваться к своим внутренним чувствам. Но то, что я слышу от них, не слишком мне нравится. Внутри разрастается какой-то горячий ком, он жжет меня изнутри, из-за него сердце учащает ритм и вынуждает щеки пылать. Губы набухают от того, как сильно я их кусаю, низ живота тяжелеет и предательски ноет. Руки Джэйдена… Хватит!
Я отворачиваюсь от зеркала, злясь на саму себя. С ума сошла, Лив! Что с тобой творится! Сосредоточься на главном! Стипендия, балет, успех! Ничего другого не существует!
Подстегивая свою ярость, я принимаю душ и ложусь в кровать. Верчусь с бока на бок, в отчаянье понимая, что, как и в прошлую ночь, сон не идет.
Внезапно, до меня доносится слабый царапающий звук. Не сразу соображаю, откуда он идет, пока тот не повторяется со стороны моего окна. Первая мысль, что кто-то стучится в него, но ведь моя комната находится на втором этаже! Вот снова. Тихий стук камушка по стеклу. Сердце ухает и поднимается к горлу. Я дома одна, и на меня накатывает панический страх. Встаю с кровати и осторожно подхожу к окну. От удивления мои глаза ползут на лоб. Внизу, на лужайке, окутанный полумраком сумерек, стоит Джэйден, и смотрит вверх. С облегчением выдыхаю. Это лучше, чем то, что успела нарисовать мне моя фантазия. Мысленно я уже прикидывала, где у отца спрятана бейсбольная бита, что бы в случае чего дать отпор грабителям. Очередной камешек отрикошечивает от стекла, а Джэйден наклоняется за новым. Он, что, издевается? Поднимаю раму и высовываюсь на улицу.