Меня начинает бить крупная дрожь. Он о говорит о «Комаро» Джейдена? Автомобиль показался ему подозрительным? Стараюсь придать своему голосу максимально непринужденный тон.
- Нет. Не видела.
Отец выдыхает.
- Я становлюсь параноиком. После того, что насмотришься в госпитале. – он осекается и мне становится стыдно за свой обман. Снова. Осторожно опускаю голову ему на плечо и обнимаю.
- Все будет хорошо, пап. Обещаю…
Отец высаживает меня у дома, и в сотый раз переспросив – все ли у меня будет хорошо, уезжает на работу. Я снова остаюсь одна. У меня давно не было такого сумасшедшего и насыщенного на сумасбродные события дня. Вечером я созваниваюсь с мамой, долго убеждая ее, что мы с отцом со всем справляемся. Мы болтаем о погоде, о моих тренировках и прочих женских вещах. Этот разговор словно приводит меня в чувство, расставляя сбитые Джэйденом ориентиры по своим местам. Я беру себя в руки, снова становлюсь собой. Мне действительно в какой-то степени не хватает мамы, ее спокойствия, ее порядка. Без нее моя идеальная жизнь рассыпается как карточный домик. Однако, я обязана справиться. Это испытание, и у меня нет права его не выдержать.
Утром я просыпаюсь от громкого стука дождя в окно. Погода оставляет желать лучшего. Придется доставать плащ, иначе пока я дойду до автобуса, буду вся мокрой. Благодаря раннему подъему я успеваю сделать все то, что иначе пришлось бы откладывать на вечер. Оставляю завтрак отцу на столе и выхожу на улицу. Резкий порыв ветра заставляет меня посильнее закутаться в куртку. Тяжелые серые тучи висят так низко, словно вот-вот осядут на землю. После удушливой жары такой резкий перепад температуры кажется очень непривычным.
Я собираюсь с духом и сбегаю с крыльца. Однако стоит мне подойти к дороге, как за моей спиной раздается автомобильный сигнал. Что-то внутри обрывается. Рядом останавливается черный «Комаро». Дверца открывается, и Джэйден настойчиво зовет.
- Садись в машину.
У меня нет причин не принять его приглашение, но в голове тут же срабатывает немой протест – «ты же только расставила все по полочкам».
- Лив, ты промокнешь! – Джэйден ждет, а я глупо топчусь на месте, словно он предлагает не подвести меня, а нечто непристойное. Спустя минуту я сдаюсь. Это же глупо, если я откажусь. Он сочтет меня сумасшедшей.
Я пристегиваюсь и коротко киваю ему.
- Спасибо. Но я бы могла справиться и сама.
- Мне было по пути, - Джэйден выруливает с обочины на дорогу.
Эта игра видимого безразличия порядком мне надоедает.
- По пути? Тебе от общежития до университета – пять минут пешком.
Янг хмурится.
- Я был дома. У родителей.
От удивления даже забываю, что должна оставаться сдержанной и холоднокровной.
- Твои родители живут здесь? Тогда почему ты живешь не с ними?
- Для чего? – он бросает на меня мимолетный взгляд, - Мне не нужны няньки.
Понимаю, что это непрозрачный намек на меня, но предпочитаю никак не реагировать. Мы едем молча, и как только автомобиль останавливается на парковке кампуса, я с облегчением выдыхаю. Поездка выдалась напряженной, и я рада, что она, наконец, закончилась. Только радость моя длится недолго. Щелкают внутренние замки и дверь блокируется. Гневно оборачиваюсь на Джэйдена.
- Что это значит?
- Это значит, что нам надо поговорить, - бесстрастно отвечает тот.
Стараюсь успокоиться. Хорошо. Быть может, это и к лучшему. Сейчас расставим все точки над «и» и будем свободны.
- Ладно. О чем?
- Я тебя обидел? – Джэйден берет мою ладонь и сжимает в своей. Черт. Ну зачем он это сделал? – Я ждал твоего звонка вчера. Почему ты не позвонила?
Я не хочу врать. Мне это надоело. Честно отвечаю.
- Потому что вчера я вспомнила одну вещь – мы вдвоем пытаемся заполучить одно и то же. И кому-то придется отступить.
Джэйден хмурится.
- Было бы глупо ждать от тебя другого ответа. Борьба не для тебя. Такие как ты слишком правильные для безумств и привыкли, что дорога к цели всегда ровная, да?