- Что тебе надо, Лив? - вздыхает он, опуская кулаки вниз. Его голос уставший, но не злой, это вселяет в меня немного уверенности.
- Я хочу извиниться, Джэйден! - выпаливаю без раздумий.
- Лив, я…
- Нет, нет, послушай, - перебиваю его, - ты был прав! Меня совершенно не касается то, что было между вами с Эммой. Это осталось в прошлом, и я не должна трогать его!
Делаю нерешительный шаг к Янгу. Он стоит на месте, выжидающе смотря что я буду делать дальше. Едва заметно киваю и продолжаю.
- Я не знаю, зачем она подошла ко мне, и что это вообще было, я здесь не при чем!
Снова делаю шаг. Теперь мы стоим почти вплотную. Нервничаю все больше. Почему он такой холодный? Делаю решающий вдох и произношу самое главное.
- Я не должна была слушать Дрэйка! И тем более верить ему!
В этот момент Янг меняется в лице. Его брови сходятся на переносице, глаза темнеют.
- Так вот в чем дело! Ты пошла обсудить меня с Фрэйзером?! Твою мать, Лив!!!
- Прости! Мне ничего не оставалось!!!
- Ты могла поговорить со мной! - вскрикивает Джэйден и я пугаясь, отступаю.
- Я пыталась! Но ты ясно дал понять, что не намерен это обсуждать!
- Просто я не могу понять - зачем тебе это надо? Ты настолько мне не доверяешь?
Джэйден вне себя от ярости, начинает расхаживать как загнанный зверь в клетке.
- Не знаю, - беспомощно заламываю пальцы, - правда не знаю! Я просто боюсь.
- Чего?
- Тебя! Подвоха! Нечестной игры! - срываюсь на крик
Глаза Янга расширяются. Зубы сжимаются, сдерживая нечто похожее на рык.
- Я был готов услышать все, что угодно, только не это. Я сказал, что люблю тебя, но видимо тебе этого недостаточно. Я знаю, чего ты боишься на самом деле. Не меня, нет. Ты боишься проиграть мне, боишься оказаться слабее. Вот поэтому хочешь найти оправдания любыми способами, обвинить меня в своей неудаче, если таковая случиться. Вот поэтому ты заранее готовишь почву. И появление Эммы - так удачно сыграло тебе на руку! Ты пошла к Фрэйзеру. Что ты хотела услышать от него?
Пытаюсь ответить, но Джэйден не позволяет. С каждым словом он наступает на меня, заставляя пятится назад.
- Что-то подобное, что выставляет меня в самом отвратном свете. Так и произошло! Только я не из тех, кто выворачивает все свое дерьмо напоказ. Наша история с Эммой обросла множеством слухов, но мне было плевать на это. Я не собирался самоутверждаться за ее счет. Если людям угодно считать, что злодей я - что ж, пусть будет так. Но то, что и ты встала на их сторону, после всего, что мы вместе прошли - это удар ниже пояса. Ты пришла извиниться? Хорошо, извинения приняты. А сейчас, прощай, Лив. Удачной тебе премьеры!
Он на долю секунды задерживается на месте. Нас разделяет всего несколько сантиметров, но они - словно непреодолимая пропасть. Я хочу сказать хоть что-то, заставить его остаться, но слова застревают в горле. Мой голос парализует страх, который захватывает каждую частичку моего сознания по мере понимая, что только что произошло. Джэйден уходит, прямо сейчас. Его шаги раздаются у меня в голове. Хлопок двери - и я остаюсь одна. Темнота подступает со всех сторон, свет становится тусклым, а гул ламп на потолке нарастает. Меня словно отрезает от всего мира. В таком опустошении я выхожу из спортзала. Вместо последнего занятия запираюсь в уборной. Сползаю на холодный кафель, пытаясь ухватится хоть за одну здравую мысль. Тщетно. Я будто нахожусь в вакууме, а со всех сторон раздается холодный голос Джэйдена: "Прощай, Лив!". Сколько времени провожу на полу не знаю, но настойчивый звонок телефона напоминает, что день еще не закончен.
На негнущихся ногах выхожу на парковку. Машина мамы уже там. Окидывая меня взглядом, она удивленно вскидывает бровь.
- Оливия? Что-то случилось? На тебе лица нет.
- Нет, - механически отвечаю я. Собственный голос кажется далеким и чужим.
Мама торопливо смотрит на часы. Хорошо, что у нее нет времени вдаваться подробности. Допрос с пристрастием и психоанализ отменяются.
- Твой костюм уже в гримерке. Фотограф на месте, как и все остальные. Я думала, что мы успеем заехать перекусить, но макияж и прическа займет не меньше часа, поэтому сначала закончим дела.
- Угу, - закрываю глаза и прижимаюсь лбом к стеклу. "Прощай, Лив!" снова звучит эхом. Зажмуриваюсь, чтобы не слушать. Это не так просто, ведь голос Джэйдена становится наваждением. Он преследует меня каждую секунду - пока на мне зашивают платье, пока укладывают волосы и наносят сценический грим.