Винный погреб поражал выбором коллекционных бутылок, а оранжерея напоминала кусочек тропического рая.
Под конец Диего похвастал скрытым в недрах судна ангаром, откуда вертолёты лифтом поднимались на палубу как самолёты на авианосце.
Да, яхта подавляла размерами и снаряжением.
Я оперлась локтями о поручень, бездумно уставилась на волны и парящих в небе чаек. Бесконечная экскурсия вымотала сильнее, чем подъём на гору. Не отказалась бы присесть на верхней палубе и передохнуть с коктейлем в руках, переодеться в купальник и понежиться на солнце у бассейна, подставляя тело океанскому бризу.
Джеймс заметил мою усталость и предложил заглянуть в бар, но Диаз потянул нас к ещё одной диковинке.
— Полюбуйся! — воскликнул коротышка, обращаясь к Джеймсу. — Этих малышек ты доставил в прошлом месяце.
Колумбиец похлопал ладонью по кожуху защитного цвета с раструбами на конце. Мужчина говорил с такой гордостью и блеском в глазах, что я предположила:
— Зенитная пушка, сеньор Диаз?
— Именно, Александра! — хохотнул тот. — Вы первая женщина, которая догадалась о её предназначении. Это комплекс противовоздушной и противоракетной обороны. Прямиком из военных лабораторий. Их только-только устанавливают на новейшие эсминцы НАТО.
Не знала, что у Джеймса есть доступ к подобным… товарам. Запомню на будущее. Интересно, а что Джеймсу в ответ поставляет Диаз? И зачем последнему такое оружие?
— Неужели вы опасаетесь нападения с воздуха? — я притворно округлила глаза, и колумбиец тут же ухватился за возможность покрасоваться, совсем как мелкий диктатор, который хвастает смертоносными игрушками.
— Раньше я жил в поместье. И устал от покушений. Конкуренты, дьявол сожри их души! А здесь, в нейтральных водах, я царь и бог. Снайпер не подберётся. Отряд «Дельта» тоже. Если враги пошлют вертолёт или беспилотник, то моряки собьют его на таком расстоянии, что с палубы мы и взрыва не заметим!
— Впечатляет, сеньор Диаз!
— Ещё бы!
Коротышка раскраснелся от хвастовства, потерял осторожность, а потому я решилась на главный вопрос:
— Мистер Торн продаёт вам по-настоящему ценные вещи. Надеюсь, ваше сотрудничество взаимно?
— Ха, сеньорита! Да у меня лучший в Колумбии…
Джеймс стоял за моей спиной, но его силуэт отражался в ближайшем иллюминаторе. Я заметила, как Хозяин резко мотнул головой. Будто предупреждал: «Она ещё не знает деталей».
Диаз тут же притворно закашлялся.
— Кхм, сеньорита. Джеймс наверняка говорил вам, что у меня крупнейшие в стране плантации… кофе. Люди по всему миру угощаются им в Starbucks.
— О, впечатляет, сеньор Диаз. Когда я училась в Москве, нам устраивали мастер-классы с предпринимателями. Выступали и топ-менеджеры Starbucks. С их слов, компания закупает сырьё только у социльно-ответственных поставщиков, — я невинно улыбнулась: — Рада, что в Колумбии развивается этичное и экологически чистое производство.
— Э-э… Кхм… Да, сеньорита, — Диаз с уважением склонил голову: — Джеймс упоминал, что вы не только красивы, но и образованны… Теперь я сам в этом убедился.
— Ладно, хватит о делах, — мистер Торн махнул рукой и предложил: — Может, выпьем? У меня от этой экскурсии в горле сухо как у бедуина в пустыне!
— Разумеется, — Диаз вновь превратился в радушного хозяина и увлёк за собой в роскошные апартаменты.
Колумбиец сам встал за стойку импровизированного бара, откупорил бутылку Dom Pérignon и разлил шампанское по бокалам:
— За прекрасную даму, — он учтиво кивнул мне и пригубил вино. — Рад, что сегодня…
Слова Диаза прервал мелодичный перезвон. Он стих, затем раздался ближе, в соседней комнате, а в следующее мгновение в бар ворвалось самое необычное существо, что я могла себе представить.
От потрясения лишилась речи. Джеймс сжал мой локоть. Только благодаря поддержке Хозяина я не выпустила бокал из пальцев.
Девушка. Обнажённая.
Она резво семенит на четвереньках. Груди покачиваются как созревшие дыни. Опирается на кулачки, затянутые в чёрные пинетки в форме лапок. И на колени, скрытые под защитой из тиснёной кожи. Лодыжки широкими ремнями притянуты к бёдрам. Встать на ноги как человек несчастная не способна при всём желании.
Девушка и не пытается, словно не помнит, как двигаются люди. Представляет себя настоящей собачкой. Она подбегает к Диазу, повизгивает, тявкает, трётся об ноги и зубами протягивает ремешок от красного ошейника с колокольчиком.
— О, соскучилась! Хорошая девочка, — Диаз потрепал рабыню по волосам, затем обернулся к нам и, словно извиняясь, пояснил: — Новое поступление. Заждалась, ещё не освоилась. Если не спит, то и часа не может провести в одиночестве.