— А сейчас по-другому?
— Торн хотя бы открыл в ближайшей деревне начальную школу. Построил медицинский пункт. Теперь мужчины не умирают от заражения крови или укуса змеи, а женщины не рожают на пути в город под телегой в зарослях инга.
— Он прямо твой кумир…
— Сеньор Торн нормальный мужик. Таким как я даёт работу и достойно платит за риск, — Рамиро поморщился и рубанул воздух рукой — Дьявол, да что я распинаюсь. Сама же знаешь.
До этой ночи и не подозревала… Но спорить с парнем бесполезно. В его глазах авторитет Джеймса куда выше. А я даже переспать с Рамиро не решилась… Пора уводить разговор на безопасные рельсы, благо мальчишка сболтнул кое-что интересное для человека в моём положении:
— Ты упомянул деревню. Я думала, асьенда построена в глуши.
— Неподалёку люди живут. Просто за лесом их не видно, и не слышно. Напрямую туда две-три мили через джунгли.
— А дорога есть?
— Конечно, за воротами поместья начинается. Но слуг из асьенды редко отпускают: режим, дисциплина, все дела. Потому наши парни втихомолку бегают к деревенским красоткам по тропинке, что за подсобкой у южной стены.
Ха! А вот это полезная информация. Чтобы Рамиро не догадался, на какие мысли навёл, я вернулась к нашим «отношениям»:
— Кстати, а с чего ты взял, будто сумеешь отбить меня у мистера Торна? Раз я так его люблю?
— А почему нет, — Рамиро потупился и сжал пальцы в замок: — Я же нормальный мужчина, вот и запал на красивую умную женщину. Один шанс на тысячу был, но отступать тоже не по мне. Потому и оставлял цветы втихомолку.
— Спасибо…
— Я благодарить должен! До сегодняшней ночи и поцеловать тебя не надеялся. А ты сама пришла, — он поднял взгляд и сказал с ожесточением: — Я знаю, ваша с братом любовь не навсегда. А значит, у меня остаётся надежда.
Господи, ну и как с ним быть? На вид — матёрый контрабандист, а в душе — романтичный мальчишка.
— Ты не смотри, — добавил Рамиро, — это я сейчас бедный. А когда начну гонять легкомоторный самолёт через границу — моя доля вырастет в разы.
— Деньги здесь ни при чём, — пересела на кровать и накрыла его ладонь своей. — Ты симпатичный… Я думала, что готова, но… всё так непросто.
— Да я не тороплю. Понятно же, что ты не такая как местные девушки, — он встал и потянул за собой. — Идём, провожу. Буря уходит на север.
Шторм и правда утих. С неба, будто просеянный через ситечко, моросил дождик, умиротворяюще шелестел по листьям раскидистых пальм. Идти с Рамиро через ночные джунгли оказалось совсем не страшно. Не мерещились на поваленных стволах грозные хищники, лианы не превращались в змей, даже грязь весело хлюпала под ботинками.
Я возвращалась домой об руку с симпатичным парнем и мечтала поскорее забраться под одеяло. Жизнь налаживалась, а оговорка Рамиро о тайной дорожке в ближайшую деревеньку грела душу надеждой на успешный побег.
— Куда ты, — он осадил меня, когда я направилась к парадному входу в особняк. — Вдруг кто заметит. Или сеньора разбудишь. Жди здесь.
Рамиро подвёл к галерее под моей комнатой и куда-то исчез. Вернулся с деревянной лестницей.
— Готово, — он установил её и облизнул губы. — Ты прости, если что не так сделал. Я не со зла.
Рамиро выглядел несчастным и печальным, совсем как потерянный ребёнок. Я не удержалась, притянула к себе его лицо и чмокнула в мокрую от дождя щёку.
Вывернулась из объятий и белкой взлетела по перекладинам. Приложив палец к губам, глянула вниз.
Широкая белозубая улыбка стала мне ответом.
Долгий день сплошных неудач завершился намёком на победу. Возможно, я приобрела друга в стане… Нет, не врага, а… не знаю, как назвать Джеймса.
Скажу проще: нашла друга.
Thorn 13
Порыв солёного ветра ворвался в беседку на пляже и будто шёлковой плетью хлестнул по голой спине. От неожиданности вздрогнула и покосилась на Джеймса. Надеюсь, он не заметил промашки.
Этим вечером я наказана.
Служу примером идеальной рабыни, которая не вправе ударить в грязь лицом перед гостями. После выходки на яхте Диаза ещё легко отделалась. Хозяин не бросил на растерзание похотливым мужчинам, но уготованное оказалось не слаще.
Вместо образа спутницы или хозяйки дома мистер Торн обрёк на роль бесстыжей служанки.
Так сильно меня ещё не унижали перед другими людьми.
Джеймс небрежно указал взглядом на пустой бокал, и я наполнила его Chateau Latour шестьдесят первого года. Хозяин оценил цвет красного вина в пламенеющих лучах тропического заката, как гурман вдохнул терпкий аромат, ласкающий нотками ежевики и спелой вишни, а затем вернулся к беседе с партнёрами, будто меня нет рядом.