Я очень, очень плохая. Развратная и греховная, словно молодая ведьма, которая в танце отдаётся Люциферу в Вальпургиеву ночь.
— Молодец, — похвала Джеймса развеяла чары. Он с одобрением погладил меня по волосам и пригласил гостей в дом, чтобы без лишних свидетелей обсудить условия сделки в кабинете.
Я будто очнулась от морока, который навели ураганом кипящие в душе эмоции. Смотрела вслед уходящим мужчинам и не верила, что думала о капитуляции…
Очнись, Саша! Пусть Хозяин дарит тебе умопомрачительное наслаждение, но ты не игрушка! И пока он не признает тебя равной, ты не прекратишь бороться за свободу!
О`кей.… Этим и займусь. Взяла бокал и глянула на свет.
Превосходно! Давно ждала такого момента!
Отпечатки Джеймса выделялись на тонком стекле как оттиски эстампа. Если план сработает, то я открою дверь в кабинет Хозяина. Он говорил, что нет кодов для отмены программы «Зеро». Что выход в эволюции сознания. Но можно ли ему верить? Вдруг он прячет под замком ключи от моей свободы?!
Чтобы не вызвать подозрений, отнесла поднос с бутылками вина и посудой в столовую, а уже там забрала нужный бокал. Кошкой прокралась в свою комнату и села перед туалетным столиком.
Была, не была. Хуже не станет.
Набрала на кисточку невесомой пудры тёмного оттенка и сдула на самый крупный и чёткий отпечаток.
Отлично! Папиллярные узоры приобрели рельеф и объём.
Теперь главное — не смазать!
Аккуратно, молясь всем богам, наклеила скотч и тут же переклеила скопированный оттиск на лист бумаги.
Ха, пусть я не криминалист, но женской смекалки хватает! Надеюсь, сканер замка на двери не заметит подмены. Дождусь подходящего момента и сыграю ва-банк.
Украдкой вернула бокал в столовую, а уже затем избавилась от костюма служанки. Время расслабиться и понежиться в ванной. Заслужила…
Когда чистая и довольная забралась в постель, почти задремала, вибрация в ремешке наручных часов сжала запястье. Совсем как ладонь Хозяина. Слипшимися от усталости глазами нашла пиктограмму вызова.
Джеймс? Ну что ещё? Без часу же полночь!
Наскоро умылась, натянула линялые шорты и футболку. Если он вздумал позабавиться с горничной, то пусть вызывает настоящую из общежития для слуг!
Выпорхнула из комнаты и столкнулась нос к носу с Хозяином.
— Заставляешь гостей ждать, Александра, — Джеймс окинул меня взглядом и нахмурился: — Во что ты переоделась?
Он кажется рассерженным, словно муж, который недоволен и временем, потраченным женой на сборы, и надетым платьем. Но главное: почему он упомянул «гостей»? Неужели планирует ночную оргию?! И злится из-за того, что я без разрешения сняла костюм горничной?
Сглотнула от ужаса, но тут же сжала губы как упрямый ребёнок. Не показывай страха, Саша. Держись уверенно и с достоинством!
— А в чём же ещё ходить дома, мистер Торн?
— Дерзишь? Твоё наказание пока не закончилось.
— Я устала и задремала. Вы разбудили меня, потому и надела что под руку попалось. Это запрещено?
— Идём, — его ладонь обхватила запястье, словно железное кольцо от рабских кандалов.
— Куда? — упёрлась и не сдвинулась с места: — Пожалуйста, Хозяин, не надо!
О, господи, наверняка он заключил выгодную сделку и теперь в подтверждение добрых намерений предлагает рабыню своим партнёрам. Одну для троих крепких мужчин. На всю ночь. Моя храбрость истаяла как мороженое на солнце.
— Да что на тебя нашло?! — рыкнул Торн.
— Только не это, умоляю! — заломила руки и захлюпала носом: — Пожалуйста, не заставляйте меня развлекать ваших гостей в постели…
Хозяин толкнул к стене, прижал грудью и раздвинул коленом ножки:
— С ума сошла? Или спросонья чушь мелешь?! Ты моя собственность. А я не делюсь игрушками с чужаками, — его ладонь пробралась под футболку и сжала грудь: — Пожалуй, сделаю тебе татуировку вокруг ореолов. «Рабыня Торна». Чтобы вспоминала при каждом взгляде в зеркало.
— Но…
— Я позвал тебя проводить наших гостей. Думал, сама догадаешься надеть приличный наряд, а не эти… обноски, годные только для танцевальной вечеринки в клубе.
— Простите, мистер Торн, — я с облегчением выдохнула и уткнулась лбом в его плечо, будто на ласку напрашивалась: — Видимо перенервничала за день, устала… и не до конца проснулась.
— Хм, — Джеймс одной рукой обнял за талию, а другую положил на бедро: — Не знаю, не знаю. Идея поставить на твоей груди или попке именное тавро… довольно соблазнительна.