Хм-м… похоже, я задела его за живое. Торн оставил в стороне имидж расчётливого миллиардера, а вместо этого прибёг к образным фразам и сравнениям, как и подобает актёру, человеку искусства.
Интересно, раз он упомянул «пыльные коробки воспоминаний», то имеет в виду не свою невесту. Не Селину Ортис.
Но кого тогда? Какая женщина оставила незаживающую рану в душе бывшего Хозяина?
Или это он совершил нечто ужасное? Когда-то растоптал любовь, а теперь страдает от чувства вины? Нарёк себя монстром, заковал сердце в латы изо льда и не доверяет окружающим?
Возможно, но в то же время Джеймс шаг за шагом сближается со мной, надеется когда-нибудь…
Брось, Саша! Это лишь фантазии.
На мгновение прикрыла глаза и услужливая память тут же воскресила давно забытый эпизод.
Ночь. Содрогаясь от ужаса, от страха перед разоблачением я проникла в кабинет Джеймса. Нашла пароль ноутбука.
Да-а… То имя на фотографии.
Оливия.
Юный Джеймс, ещё студент, обнимает беременную школьницу. Солнце заливает светом крыши Нью-Йорка, но улыбка девушки печальна, а подпись в уголке навевает мрачные догадки.
Она просила не забывать. Надеялась, что расстаётся с любимым не навеки.
Грустно настолько, что самой плакать хочется.
Нет, нельзя…
Такие мысли никуда не приведут. И вообще, с чего я решила, будто это подружка мистера Торна? Может сестра? Или однокурсница?
Снова накручиваю себя почём зря вместо того, чтобы думать о собственном будущем.
— Мистер Торн, вы упомянули, что видите во мне не только… любовницу, но и соратницу.
— Разумеется!
Джеймс оживился. Как за спасательный круг ухватился за возможность сменить тему разговора и вернуться к вопросам, в которых чувствовал себя будто рыба в воде:
— Начнём с малого. Оформим на твоё имя пару офшорных компаний, откроем счета в банках, переведём активы. Постепенно включим в схемы по международной торговле, благо образование у тебя соответствующее. Моя империя велика. Со временем мы расширим её границы до самого горизонта.
— Я сыграю роль фиктивного владельца? Подсадной утки?
— Нельзя получить что-то, не пожертвовав чем-то. Мы оба рискуем. Упадёт один, рухнет другой. Таковы правила этого бизнеса. Потому я предлагаю сотрудничество не наёмному менеджеру, а тебе.
Джеймс потянулся, чуть было не обнял за талию, не прижал к себе, но в последний момент сдержался. Уверена, он помнит о кодировке «Зеро», а потому не хочет даже жестами, мельчайшими проявлениями ласки склонять бывшую невольницу к любому из решений.
— Александра, я предлагаю всё той девушке, которой доверяю, — Торн отступил на шаг и сложил ладони за спиной.
Джеймс соблазнял точно дьявол. Рука тянулась подписать контракт на душу, а разум мечтал раствориться без остатка в его ультрамариновых глазах.
Не понимаю, это работа программы «Зеро»? Или обретя долгожданную свободу, я наконец-то дала волю чувствам?!
Держись, Саша. Ты сильная! Не сдавайся перед уловками подсознания. Если планируешь с Джеймсом остаться, то задай прямой вопрос. Узнай, какое место в иерархии ценностей занимаешь ты, а какое принадлежит законной невесте.
— Меня волнует кое-что ещё, мистер Торн, — сглотнула и наконец-то решилась: — Кто для вас я? А кто Селина?
— Странный вопрос.
— Для меня — важный.
— Она не должна тебя беспокоить. У неё своя роль, — Джеймс тряхнул головой, в голосе зазвучали нотки удивления и злости: — Неужели ты мечтаешь о фальшивой жизни, о красных дорожках и внимании папарацци? Я думал, ты не из таких девушек! Оттого и предлагал строить бизнес вместе, рука об руку.
Ясно. Он уходит от ответа, но спорить бессмысленно. По крайне мере, сегодня.
— Итак, — Джеймс не удержался и сжал мои пальцы, — какую дорогу предпочтёшь?
— Это неправильно, мистер Торн. Вы принуждаете меня к выбору.
— Да.
— Разве нельзя… поговорить и… найти другое решение?
— Александра, ты видела меня настоящего, а не тот образ, что нравится публике. Лучше многих знаешь, чем занимаюсь, каким бизнесом управляю. Я взрослый состоявшийся мужчина. Не слишком надейся, будто сможешь хотя бы что-то изменить. По крайней мере, в ближайшее время, — Джеймс нахмурился и заговорил как отец с непослушной дочкой: — Между нами не возможны ни компромиссы, ни полутона. Ты либо примешь меня и реальность такими как есть, либо построишь жизнь заново, но уже в одиночестве.
— Я… я должна подумать.
— Разумеется, — он кивнул в сторону окна, указал на лимузин на парковке. — Жду тебя там. Либо присоединяйся, либо… возьми такси до международного терминала и улетай в Москву.