«Всё утопить»
Часть 1
Weed*
Первый же человек, которого они встретили, выйдя из аэропорта в Монтего Бэй, предложил им купить марихуану. Весёлый и говорливый он шёл за ними, норовя помочь нести чемодан, и, не замолкая ни на секунду, расхваливал свой товар. От него попахивало травкой, мужским потом и ещё каким-то незнакомым сладковатым местным запахом, плывшим в пряном, горячем и влажном Ямайском воздухе. Водитель маленького, потёртого туристического автобуса, дожидавшийся их и ещё нескольких туристов, едущих на тот же курорт, отогнал незадачливого продавца, и тот, совершенно не расстроившись, вприпрыжку поскакал навстречу следующим потенциальным клиентам. Водитель через раскрытое окно автобуса втащил внутрь их багаж, уточнил, в каком отеле они собираются отдыхать и тут же предложил купить травки у него. Они, дружно засмеявшись, отрицательно закачали головами, и тогда он, понизив голос и наклонившись ближе, предложил «белый порошок» — кокаин. Они ничего не купили, но у обоих появилось ощущение нереальности происходящего, которое так и не оставляло их весь этот недолгий отпуск.
Дорога шла вдоль океана, то приближаясь к нему вплотную так, что между ними оставалась только узкая полоска белого пляжа, то уходила вглубь острова, прижимаясь к невысоким горам, неопрятными кучами громоздившимися по левую сторону. На склонах в спутанных зарослях разносортных деревьев проглядывали цветастые виллы, но даже издали была заметна неухоженность и заброшенность некогда богатых построек. Движение было левосторонним, и по одному этому уже было понятно, кто не так давно, неторопливо пил шестичасовой чай на широких верандах этих вилл, любовался закатом, гружёными парусниками, заходящими в гавань, и гордился величием империи. Гордость за величие, как водится, закончилась разрухой. Вдоль дороги по обеим сторонам тянулась традиционная карибская нищета. Лачуги, крытые то ломаным шифером, то мятыми и ржавыми железными листами. Грязные козы, разгуливающие сами по себе и непонятно как остающиеся тощими при круглогодичном изобилии зелени. Пыльные люди, лениво разлёгшиеся в тени. Горы мусора, жара, липкая пыль, влажность, духота.
Отель «всё включено» — закрытая территория, отгороженная заборами и охраной от окружающей, не отпускной жизни, несколько вытянутых двухэтажных зданий, окружённых неровно и безжалостно остриженной тропической зеленью — был расположен на пологом склоне, спускающемся к воде и переходящим в неширокий пляж. Их корпус стоял на самом берегу и уютный, прохладный номер на втором этаже был обращён окнами к воде. Улыбчивый, белозубый беллбой быстро довёл их, получил от неё пару долларов за доставленные чемоданы и исчез. Прямо под большим балконом со столиком, креслами и круглой низенькой лежанкой начинался пляж с редкими деревьями, зонтами, лежаками и бледноватым песком, а дальше, размыв, затерев знойным маревом линию, отделяющую от неба, тихо ворочался Океан. Они отдыхали вместе уже не раз, и он хорошо знал её первую курортную реакцию. Увидев после даже небольшого перерыва океан, она заворожено застывала и могла так стоять молча, Лотовой женой, достаточно долго. Нет, она не играла, не изображала восторг — она была совершенно искренна. Вид океана, вся эта подразумеваемая бесконечность там впереди за невидимой гранью, из-за которой сейчас выплывали быстро растворяющиеся, как клубы пара, облака, действительно вводила её в транс. Ему в этом случае полагалось принести что-нибудь спиртное — лучше шампанского — изобразить ласку и нежность и выпить за начало отдыха. На этот раз он решил пропустить обязательную программу и молча продолжил разбирать чемодан. Она постояла на балконе и, не дождавшись ритуального продолжения, шумно вздохнула. Потом вздохнула ещё громче, поняла, что её не слышат, насупилась и пошла раскладывать дорожную сумку.
Пляж был обсажен не пальмами, как на тех карибских курортах, где им уже случалось отдыхать, а невысокими, неизвестными деревьями, чем-то похожими на акацию и клён одновременно. Крона давала обильную тень, и он, опасавшийся прямого солнца и сгоравший даже в облачную погоду, облегчённо вздохнул. Тем не менее, она намазала его кремом от загара, тщательно, не пропуская ни одного открытого участка нежной, молочно-белой кожи, а напоследок, шаловливо оттянув плавки, быстро мазнула замшевый пах и улыбнулась:
— На всякий случай.