Они бы долго ещё спорили, приводя аргументы из священных книг и комментариев к ним, но разрешилось всё просто: в один из дней вернулся раньше времени с работы Хаскел. Сломался его грузовичок. Нет, он не разогнал собрание, напротив — показав знаками, чтобы чтение продолжали — встал тихонько у двери и так и простоял до конца главы. Вопросов на этот раз почему-то не было, и слушатели не дожидаясь чаепития предпочли смыться побыстрее, очевидно опасаясь, что Диббук Фауст, сидящий в Хаскеле, выкинет что-то особенное. Но, к всеобщему облегчению, ничего такого не произошло. Хаскел проводил библиотекаршу до самого дома, а потом проводил ещё раз, а потом стал встречать её возле библиотеки после закрытия. Надо ли подробно расписывать, что было потом? Скажу только, что ничего вкуснее того, что наготовила Хана на свадебный стол, я никогда в своей жизни не ел — и вряд ли уже доведётся.
А приступы у Хаскела больше не случались. Неизвестно, как именно проходила процедура изгнания Диббука. На неё не позвали ни десять мужчин и ни единого цадика. Библиотекарша справилась сама. Бедная Хана, переживавшая за сына и подслушивавшая у дверей спальни, сначала с ужасом, а потом и с забытым интересом слушала крики, доносившиеся из-за двери, а на вторые сутки сдалась и пошла спать, наготовив перед этим полную печь всего, что может понадобиться выжившим после такого сражения.