В середине столетия происходит ощутимый сдвиг в соотношении интересов киевских «русов». Успешные походы Святослава на Волгу в 964-965 гг. привели к уничтожению Хазарии, ослаблению Булгара; Волжский путь теряет былое значение, вскоре прекращается и поток арабского серебра. Уже в 950-х гг. Днепровская магистраль становится главной транспортной артерией Киевского государства, и она активно используется для укрепления феодальной администрации, создания сети погостов и становищ, новых городов и крепостей. Русское боярство, основной инициатор этой землеустроительной работы, без особого энтузиазма относится к воинственным замыслам Святослава и его соратников (в числе которых один из последних знатных варягов, воевода Свенельд)145, героических хищников, бесстрашно рыщущих в поисках «чюжея земли». В дунайских походах и на Крарийской переправе гибнут наиболее активные представители этой воинской силы «героической поры» становления Киевской Руси. Возможно, как предположил Б. А. Рыбаков, дружинникам Святослава принадлежали великолепно орнаментированные северные мечи, найденные на Днепрострое, на месте гибели князя в 972 г.146
В дальнейшем, по письменным источникам, мы знаем варягов в войске Владимира во время его борьбы за киевский престол в 980 г. Достигнув цели, князь хотел спровадить беспокойных наемников в Константинополь, где вскоре был образован варяжский корпус дворцовой гвардии, в котором служили многие выдающиеся выходцы из Скандинавии конца X-XI в. «Сага об Эймунде» повествует о судьбах варяжской дружины Ярослава в начале его княжения, в 1016-1020 гг.147 О найме варягов в эти годы сообщают и летописи: варяжская дружина Якуна (Хакона) сражалась на стороне Ярослава при Листвене в 1024 г. («Кто сему не рад? Се лежит северянин, а се варяг, а дружина своя цела», - заметил после боя победитель, князь Мстислав)148. Документом путешествий варяг в Византию по «Пути из варяг в греки» в конце X-XI в. остался рунический камень (единственный надгробный памятник такого рода на территории Древней Руси), найденный в одном из курганов на о. Березань, напротив днепровского устья. Надпись сообщает: «Грани сделал холм этот по Карлу, товарищу своему» (filaka sin). Термин «фелаги», хорошо известный в социальной практике дружин викингов149, военно-торговых объединений, достаточно точно указывает социальный статус варягов, пользовавшихся Волхово-Днепровским «Путем из варяг в греки».
96 Потин В. М. Древняя Русь..., с. 41.
97 Лебедев Г. С. Эпоха викингов..., с. 140-149.
98 Потин В. М. Русско-скандинавские связи..., с. 69.
99 Лебедев Г. С. Эпоха викингов...., с. 143.
100 Носов Е. Н. Волховский водный путь и поселения конца I тысячелетия н. э. - КСИА, 1981, вып. 164, с. 18-29; его же. Археологические памятники..., с. 85-97.
101 Брим В. А. Путь из варяг в греки. - Известия АН СССР, VII серия, отделение общественных наук, 1931, № 2, с. 225; Кирпичников А. Н. Ладога и Ладожская волость, с. 93-96; Nosov Е. International Trade Routes and Early Urban Centres in the North of Ancient Russia. - In: Fenno-Ugri et Slavi 1978. Helsinki, 1980, p. 57.
102 Мельникова E. А. Восточноевропейские топонимы..., с. 207; Джаксон Т. Н. О названии Руси.., с. 136-142.
103 Носов Е. Н. Волховский водный путь..., с. 20; его же. Археологические памятники..., с. 89-90.
104 Nosov Е. Op. cit., р. 58-59.