Всё это – не более, чем изощрённое вранье победителей, повторяемое подавляющим большинством «исследователей» причин Второй мировой войны из-за опасения за своё реноме (а также за наполняемость кошелька). В действительности всё было не так – и те, кто внимательно изучает историю краха Чехословацкой республики, отлично это знает. Но противоречить устоявшемуся заблуждению обычно не решается – ибо, поставив под сомнение аксиому о «чехословацкой жертве», он мгновенно становится маргиналом, «ревизионистом» и «нацистским пособником». Что автоматически исключает его из списка благонамеренных историков и делает чуть ли не «отрицателем Холокоста»…
Автору этих строк боятся нечего – ибо служение истине для него важнее досужих сплетен «тоже историков»; и стирание паутины лжи, плотно окутавшей предысторию «Мюнхенского соглашения», является для него лишь малой частью того тяжелого труда, который он решился взвалить на свои плечи – труда по написанию подлинной истории Второй мировой войны.
Так вот – всё, что происходило в мае-сентябре 1938 года в Чехословакии (впрочем, как и то, что случилось в марте 1939-го), было ЕСТЕСТВЕННЫМ ХОДОМ СОБЫТИЙ, подготовленным всей недолгой историей этого геополитического новообразования.
Во-первых, имеет смысл избавиться от истасканного клише «чехи и словаки – изначальные русофилы». Словаки – да, безусловно, они такими были всегда, таковыми, по большей части, являются и поныне. А вот утверждать, что чехи едва ли не со Средних веков любили русских искренне и бескорыстно – я бы не взялся, как не взялся бы утверждать, что «исконная русофилия» чехов вдруг в одночасье (после событий 1968 года) превратилась в свою антитезу. Да, панславистские организации в австро-венгерской Чехии были весьма многочисленны, и у великого сына чешского народа Карела Крамаржа имелось немало сторонников – но Крамарж, хотя и принимал самое непосредственное участие в создании независимого Чехословацкого государства (и даже несколько месяцев был его премьер-министром), очень скоро был оттеснен с ведущих политических позиций своими противниками, сторонниками, так сказать, «европейского выбора Чехословакии» – предводителями которых были Масарик и Бенеш.
Почему Масарик?
Потому что Масарик доказал Хозяевам мира свою преданность ИХ идеалам. Когда в конце XIX века в чешском историческом сообществе возник принципиальный спор относительно так называемых «рукописей Ханки» (которые исследователь чешского Средневековья Вацлав Ханка создал собственноручно, а затем выдал за артефакты XIII века – дабы доказать, что чешская письменность существовала уже во времена Батыя) – Масарик первым из авторитетных учёных публично объявил о подлинной сущности оных документов. И, несмотря на многочисленные увещевания коллег (которые тоже понимали, что бумаги Ханки – фальшь, но из политических соображений считали нужным это дело спустить на тормозах), Масарик продолжал «изобличать» Ханку – доказывая этим своё небрежение интересам чешского национального движения. Когда же в 1899 году в Чехии начался процесс против Леопольда Хильснера, обвиненного в ритуальном убийстве чешской девочки-подростка – Масарик без раздумий встал на сторону защитников еврея-убийцы. Суд Хильснеру вынес смертный приговор, но Верховный суд в Праге отменил этот приговор. Через год Хильснер вновь ритуально убил чешскую девочку – и вновь Масарик выступил в защиту убийцы. Дело Хильснера, кстати, очень напоминает «дело Бейлиса» в Киеве и «дело Дрейфуса» в Париже – очевидно, что подобными «делами» Мировая Закулиса отсеивала преданных и верных её делу автохтонов, готовых во имя разного рода льгот и преференций наплевать на интересы и своих стран, и своих народов.
А что касается «младшего партнера» пана Масарика, Эдуарда Бенеша, то он никогда и не скрывал, что все свои планы и надежды связывает с Западом. «Отношения СССР и Чехословакии всегда были и всегда останутся второстепенным вопросом, который зависит от Франции и Великобритании. Нынешние связи Чехословакии с Россией целиком вытекают из франко-русского договора, и если Западная Европа потеряет интерес к России, то и Чехословакия его также потеряет. Чехословакия всегда будет придерживаться Западной Европы, и будет всегда связана с ней, и никогда не будет связана с Восточной Европой. Любая связь с Россией будет осуществляться лишь при посредничестве Запада и с его согласия» – это слова Бенеша.