— А, фиг его знает! — послышалось в ответ. — Тут приборов-то измерительных нету. Одно знаю. Я на ней, как-то на спор, за пол литра «метеор» обогнал. Ну, это тот, что на подводных крыльях ходит по Енисею.
— А если к твоему глиссеру крылья приделать?
— Тогда взлетим, — рассмеялся Степан.
— Хорошо бы! — Василий тоже рассмеялся. — Улетели бы отсюда.
Миновали еще один поворот. Справа по борту потянулся каменистый речной обрыв. Черные дымы застилали уже половину неба. Воздух ощутимо пропитался запахом пожарища. Рванул горячий ветер. Поднял зыбь. Лодку мелко затрясло. В лицо полетели прохладные брызги.
— Вовка! — окликнул Василий сына. — Ты чего такой молчаливый?
— Он скачет из осколка в осколок, — нахмурившись, произнёс тот. — Он знает, куда мы направляемся, и тоже идет туда. Он научился перемещаться по пространству, как мы.
— Ты хочешь сказать, что мы не успеваем?
— Не знаю, — ответил сын, внимательно, всматриваясь, в левый по борту лодки берег. Деревья там подступали к воде сплошной темной стеной. Василий почувствовал холодок, пробежавший по спине.
— Он близко! — крикнул Вовка.
Василий невольно втянул голову в плечи. Ладонь сжала приклад автомата. Какой тут автомат!
Последний поворот, если верить карте. Лодку занесло на скорости. Еще секунда, и глазам предстало зрелище. Словно два гигантских каменных клыка вырываются из реки, а меж ними обрушивает вниз свой поток ослепительно белый водопад, высотою метров сто, хотя с расстояния точно не определишь. До клыков оставалось не более километра. Они приближались стремительно. Откуда эта вся вода вырывается? Из скалы что ли? А за водопадом что? Снова, скала? Это и есть та самая вода, через которую пройти надо? Это же смертоубийство!
— Стой, — заорал Василий. До чудовищных клыков оставалась какая-нибудь тройка сотен метров.
— Гони, не сбавляй! — послышался вопль Вовки. В ту же секунду в десятке метров от лодки ударил зелёный луч. Успел-таки тварь! Лодку бросило в сторону. Василий едва не вывалился за борт.
— А может, проскочим этот водопад? Может в этом безрассудном прорыве есть смысл? — мелькнула в его голове шальная мысль. Миг растянулся до вечности. Белая стена воды надвигалась, словно, замедленный кадр в кино. И, вновь, зеленый луч пронзил воду. На этот раз ещё ближе. Инстинктивно Василий правой рукой швырнул Вовку на дно лодки, слыша, как нечленораздельно завопил Степан. Еще удар! Лодку подбросило.
— Уходим под воду, в нейтральной воде! — заголосил истошно Степан песню Владимира Высоцкого и на мгновение отпустил рукоять управления. Вскочил во весь рост, обернувшись, и ударил левой ладонью по локтевому сгибу правой руки. Правый кулак его резко подскочил вверх.
— На тебе! — сопроводил он свой непристойный жест, яростным воплем, перекрывающим рев водопада.
В ту же секунду лодка на полной скорости врезалась в стену воды.
Глава 9
Другой мир
Василий инстинктивно втянул голову в плечи и зажмурил глаза, ожидая удара, но не почувствовал ничего. Ни жесткого соприкосновения с камнем, ни струй воды на голову и за воротник. Открыв глаза, он увидел выпученные глаза Степана, стоящего во весь рост и обдуваемого встречным ветром. Вовка же съежился на дне неуправляемой лодки, рассекающей широкую водную гладь. За кормой удалялись скалы, похожие на клыки с водопадом между ними. Нос лодки разворачивало резко влево.
— Степан! Руль! — завопил Василий.
Тот задницей плюхнулся на кормовое сиденье и обеими руками схватил рукоять управления. Лодка выровнялась, но скорости не сбавила. Скалы стремительно удалялись.
— Развернуло нас что ли? Как это могло произойти? — спрашивал сам себя Василий вслух, озираясь по сторонам. По всем законам физики такого быть не должно. Подобный разворот равносилен удару о бетонную стену. Но, похоже, здесь не действовали законы физики. Во всяком разе, они здесь другие. Да и не в законах физики дело. Местность-то вокруг незнакомая. Определенно иная местность. Горы на горизонте виднеются. Высокие горы. Снег на них лежит. Оба берега реки высокие, скалистые. Особо тот, что справа по борту. На скалах деревья корнями за камни цепляются. Большие деревья вроде, а кажутся совсем мизерными по сравнению со скалами. Словно спички торчат. Сами скалы черные, острые. Да и сама местность, какая-то неприветливая. Небо низкими серыми облаками закрыто. Вода в реке темная, тяжелая, словно, свинец. Определенно, что это другая местность. Выскочили, что ли, из того заколдованного мира? Интересно только, куда выскочили? А этот гад тоже выскочил?