А он вдруг отвечает:
— Хороший ты человек, Иван. Иван — это я, значит. Так вот, говорит, хороший ты человек. И как будто еще хотел что-то сказать, да только замолчал и дальше пошел.
— А ты что? — нахмурился Зотов.
— А что я? — пожал плечами дворник. — У меня работа.
Но я чувствовал, что дворник сказал далеко не все.
— Вы обратили внимание, выходил Аладушкин из парка или нет?
Дворник снова помолчал, а потом решительно воткнул лопату в сугроб.
— А, ладно! В общем, почувствовал я, что дело неладное, и пошел за Тимофеем Григорьевичем. Только вы ему не говорите, а то обидится на меня.
Зотов подался вперед.
— И что ты видел? Говори, не тяни.
— Его около ворот мобиль ждал, как раз рядом с министерством. Большой такой, серый. Тимофей Григорьевич сел в него и уехал. И с ним еще человек какой-то.
— Какой мобиль? — нахмурился Зотов. — Что за человек? Описать сможешь?
— Говорю же, серый такой, большой. А в моделях я не разбираюсь.
— А человек?
— Человек здоровый такой, плечистый. Поздоровее меня будет.
— Узнать его сможешь, если увидишь?
— А чего не узнать-то? — удивился дворник. — Я еще в своем уме, и память хорошая. Узнаю.
— Скажите, Тимофей Григорьевич сам сел в мобиль? — уточнил я. — Или, может быть, этот человек усадил его силой? Как вы думаете, они знакомы или нет?
— Да мне-то почем знать? — снова насупился дворник. — Может, и знакомый. Вроде, Тимофей Григорьевич, сам в мобиль садился. Этот человек его так приобнял за плечи, и вроде как помог ему сесть.
— Помог или затолкал в мобиль? — прищурился Зотов.
— Да откуда я знаю? — растерялся дворник. — Что видел, то и рассказал, а чего не видел, о том и говорить не буду.
— Все ясно!
Никита Михайлович торжествующе посмотрел на меня.
— Похитили Аладушкина, прямо у порога министерства. Да еще и с портфелем. А в портфеле наверняка документы.
— Вы думаете, Аладушкин брал секретные документы домой? — засомневался я.
— Может, и не секретные, — оскалился Зотов, — а может, и брал. А если и не брал, то уж точно читал, и в голове у него они есть. Ничего, разберемся!
Зотов нетерпеливо огляделся.
Я тоже оглянулся и увидел, что к нам торопится помощник Зотова. Как и Никита Михайлович, он был одет во все черное и выглядел очень официально.
Подойдя, помощник торопливо кивнул нам и сходу заговорил.
— Мальчишки видели, как Аладушкин садился в мобиль с каким-то человеком. Мобиль серый, грузовой. Вроде бы такие делают в мастерских Воронцова.
— Прекрасно, — зловеще протянул Зотов.
— Воронцовы тут ни при чем, — нахмурился я. — Мобиль мог купить кто угодно. Это очень популярная модель, такие есть у каждого торгового предприятия.
— Да знаю я, — мотнул головой Никита Михайлович, — это сейчас не важно. Важно другое. Мальчишки подтвердили показания дворника. Похоже, Аладушкина их в самом деле похитили. Антон Сергеевич, ты показания мальчишек записал?
— Точно так, ваше высокоблагородие, — кивнул помощник.
— Молодец. Тащи дворника в управление, и пусть он все расскажет под запись. И прикажи менталисту с ним поработать, я хочу знать все детали.
— Это что, вы в моих мозгах копаться будете? — испуганно отшатнулся дворник. — Вот какая ваша благодарность за то, что я вам помог?
— Да не кричи ты, ничего с тобой не сделается, — поморщился Зотов. — Обычная проверка. А будешь ерепениться, я скажу менталисту, чтоб он тебя от пьянства заколдовал. А то белый день на дворе, а от тебя перегаром разит.
Дворник так перепугался, что я решил его подбодрить.
— Этот менталист мой хороший знакомый, — сказал я. — Уверяю вас, он не сделает вам ничего плохого. Просто поможет освежить ваши воспоминания. Это и в самом деле очень важно.
После моих слов дворник немного успокоился и с благодарностью взглянул на меня.
— Не заколдует он меня? — спросил он.
— Ни в коем случае, — улыбнулся я, — специально его предупрежу. Вот, возьмите.
Я протянул дворнику еще один рубль.
— Спасибо вам за помощь.
— Да что там!
Дворник мотнул длинной бородой.
— Вы Тимофея Григорьевича найдите. Хороший он человек, жалко будет, если пропадет.
— Уводи его, Антон Сергеевич, — распорядился Зотов. — И не забудь объявить мобиль в розыск.
— Без толку, господин полковник, — засомневался помощник. — Александр Васильевич прав — таких мобилей в городе сотни. А то и тысяча наберётся. Не найдем.
— А ты не рассуждай, а делай! — бросил ему Никита Михайлович. — Вот когда не найдешь, тогда и будем думать дальше.
— Слушаюсь, господин полковник! — откозырял Артём Сергеевич.
И взял дворника под локоть:
— Идем, отец. Запишем твои показания.
А Никита Михайлович продолжал отдавать приказы. Он махнул рукой Щедрину, который только что выбрался из сугроба и все еще отряхивал свое кургузое пальто от снега.
— Господин эксперт, надо срочно осмотреть место, где стоял мобиль похитителя. Возможно, там остались какие-то следы.
— На проспекте-то? — удивился Щедрин, разводя руками. — Шутите, Никита Михайлович!
Но Зотов, не слушая его, уже шагал по дорожке к тем воротам сада, которые выходили к зданию Министерства иностранных дел.
Мы заторопились за ним.
Суворовский проспект выглядел оживленным. По тротуарам весело переговариваясь, спешили горожане. По широкой проезжей части то и дело, урча моторами, катились мобили.
Леонид Францевич для приличия прошелся вдоль тротуара, внимательно глядя себе под ноги. Затем вздохнул и покачал головой:
— Как я и говорил, никаких следов, Никита Михайлович. Придется вам расспрашивать свидетелей.
— И расспросим, — решительно кивнул Зотов.
Теперь, отыскав ниточку, ведущую к пропавшему чиновнику, он снова стал самим собой — собранным и деловитым начальником Имперской Тайной службы.
— В таком случае, с вашего разрешения, я вернусь в свою лабораторию, — благодушно улыбнулся Щедрин. — Если найдете какие-нибудь улики, привозите. Всего хорошего, Александр Васильевич! Елизавета Федоровна, был чрезвычайно рад повидаться!
— Не думаю, что тебе стоит идти с нами в министерство, — мягко сказал я Лизе. — Разговоры с чиновниками — это очень скучное и чрезвычайно утомительное занятие. Оно может затянуться надолго.
— Да я и сама не хочу, — призналась Лиза. — Лучше погуляю еще по саду, а потом поеду домой.Ты не против?
— Не против, — улыбнулся я. — Только не флиртуй с военными. Если будет что-нибудь интересное, я пришлю тебе зов.
— Отправимся в министерство? — спросил я Зотова, когда мы остались вдвоем.
Никита Михайлович задумчиво посмотрел на четырехэтажное здание Министерства иностранных дел и покачал головой:
— Не стоит раньше времени давать чиновникам пищу для сплетен. Слухи все равно пойдут, но пусть это случится как можно позже. Давайте-ка навестим жену Аладушкина. Может быть, она о чем-то мне не рассказала. В конце концов, чиновник пропал по дороге из дома на службу, а не наоборот.
Глава 3
— Ну что, едем домой к Аладушкину? — спросил сам себя Никита Михайлович, трогая мобиль с места. — Он живет тут неподалеку, в переулке Приезжих Баронов.
— Забавное название, — улыбнулся я.
— А вы знаете, откуда оно взялось? — поинтересовался Зотов, выруливая на проезжую часть.
— Откуда мне знать? — удивился я. — До этой минуты я даже не слышал о таком переулке.
— За время Смуты ряды столичной аристократии основательно в пределе, — объяснил Никита Михайлович, — Кто-то погиб, кто-то отправился в ссылку. После того, как император победил, и в Империи установился мир, оказалось, что многие государственные должности просто-напросто некому занимать. И тогда в столицу толпой хлынули аристократы из захолустья. Им порядком надоело сидеть в своих медвежьих углах, и все они захотели оказаться поближе к императорскому двору. Нетрудно догадаться, что своего жилья в Столице у них не было. Поэтому они селились на съемных квартирах.