Но потом тишина нарушается.
Раздаются крики, когда слабые мужчины начинают медленно двигаться вокруг меня. Я предвижу их действия, вижу траектории их тел, прежде чем они успевают что-либо предпринять. И я встречаю их с готовностью, следя за тем, чтобы они никогда больше ничего не предпринимали. Даже брызги крови из горла колдуна, кажется, медленно орошают мое лицо, пока я с удовольствием наблюдаю, как тускнеют его серые глаза.
Я не знаю, что именно пробудило силы моего клана в тот момент – до того, как я вообще узнала о существовании этих сил; до того, как среди дине стало известно, что такое в принципе возможно. Иногда я задаюсь вопросом, стал ли причиной призрачный поцелуй, который я почувствовала от ветра, или, может, это был сам ветер, коснувшийся моего тела? Я не знаю. Возможно, там было нечто большее. Что-то или кто-то еще. То, что показало мне, насколько ужасающей я могу быть.
Я не знаю, скольких убила к тому времени, когда почувствовала, что первый рывок силы моего клана угасает, как океанский отлив. Мощный выброс адреналина, на котором я двигалась, спадает, и мои руки начинают дрожать. Меня охватывает внезапное всепоглощающее истощение.
Я оглядываю трейлер дико выпученными глазами, пошатываясь и страшась того, что не успела убить всех. А теперь слишком поздно – тело мое уже начало слабеть. Но я вижу только трупы на полу и чувствую вонь от выпущенных наружу кишок. Повсюду разлита их кровь, перемешанная с кровью моей бабушки.
Мои плечи опускаются, с губ слетает рыдание.
А потом я вижу его.
Он огромен – с широкими плечами и высокого роста. Ему приходится согнуться, чтобы войти через парадную дверь нашего трейлера. В руках у него меч из белого огня.
Сначала я принимаю его за одного из банды. Потом замечаю крылья. Впрочем, это не крылья, а волосы – такие длинные и черные, что кажется, будто они взлетают и вспыхивают вокруг него. Он ужасен и прекрасен одновременно. В нем нет ничего человеческого. Я понимаю, что это демон, явившийся наказать меня за тот кошмар, который я только что учинила.
Но я не позволю ему забрать себя. Я больше не повторю этой ошибки. Я отшатываюсь назад и чуть не поскальзываюсь на крови и внутренностях. Собрав последние силы, я поднимаю нож перед собой и держу его обеими руками, молясь еще об одном чуде.
Но демон вдруг улыбается.
Он говорит, что его зовут Наайее Нейзгани и что для него большая честь присутствовать при моем перерождении. Он называет меня Чинибаа – традиционным именем дине, которое означает «девушка, которая выходит на бой». Он благодарит меня за то, что я убила колдуна и троих его подручных, потому что это те самые чудовища, которых он выслеживал несколько дней.
«Их было всего четверо?» – спрашиваю я.
Он смеется.
«А разве четырех человеческих жизней за день не достаточно?»
Мне казалось, что их было больше – пока я находилась под воздействием сил клана. Но нет. Он убил двоих, которые пытались сбежать, а главаря и еще троих оставил для меня.
«Спасибо», – шепчу я ему сквозь отвратительную кровавую улыбку и стиснутые зубы.
Потом шепчу еще раз, и еще. После чего падаю, полностью разбитая, в его объятия, и он уносит меня из трейлера к своему лагерю. Он помогает смыть кровь врагов с моей кожи. Он кормит меня. Он объясняет, что теперь меня коснулась смерть и что она меня изменила, но я могу исцелиться, если исполню кое-какие ритуалы и позволю смениться временам года.
Я так и не вернулась в дом своей бабушки – в тот трейлер на гребне холма. Там больше нет ничего такого, что я могу назвать своим. А у Нейзгани есть – даже если оно порождено из крови и насилия. Он соглашается тренировать меня, учит сражаться, пользоваться оружием и выслеживать более хитрых существ, чем те, которых я убила в первый раз.
Я так и не исполнила нужных ритуалов, чтобы очистить свой дух от прикосновения смерти, но времена года сменились. Со временем раны, полученные в ту ночь, покрылись коркой, и пока я не ковыряюсь в памяти, пока использую воспоминания только для того, чтобы подпитывать свирепость, и запираю их в темных уголках своей души после окончания работы, со мной все в порядке.
Эта работа стала жизнью. Моей жизнью. Охота на монстров за деньги и изучение различных способов насилия у стоп великого мастера. Такую жизнь я смогла не только выносить, но даже научилась ею наслаждаться.