Глава 6
Через какое-то время, после своего пробуждения девушка стала странно себя чувствовать. Её начало кидать то в холод, то в жар. При этом было такое ощущение, что внутри она вся горит, что даже кровь закипает. И наоборот, будто все её органы замерзают, а кровь охлаждается до минимума, в эти моменты даже тёплые одеяла не помогали согреться. А чуть позже, казалось бы, что всё прекратилось, но нет. У неё начался неприятный зуд в области лопаток. Алатея не понимала, что с ней происходит. Зуд продолжался уже долгое время и никак не унимался, она даже футболку сняла, думая так станет легче, но, увы, всё так же продолжало чесаться. И пойти к родителям, чтобы спросить, что с ней она не могла, из-за слабости во всём теле.
Тея надеялась, что это всё вскоре прекратится, но становилось только хуже. Зуд, жар, холод... всё смешалось, и она не понимала уже что происходит. Ей даже время от времени казалось, что вокруг неё летают то снежинки, то не большие всполохи пламени. Она уже начинала думать, что бредит, настолько уже казалось это непонятным и странным. Тут уже находясь на грани потери сознания, девушка вспомнила слова Люцифера, кое-как нащупав артефакт, она нажала на ромб и после чего окончательно потеряла сознание.
Через пару минут в комнате появилась тёмная дымка, а когда она рассеялась, то на этом месте уже стоял Люцифер, во всей своей красе. Оглядевшись, он понял, где находится, и кто его выдернул из Ада. Посмотрев на бессознательно лежащую девушку, он тяжело вздохнул и подошел к ней.
— Ох, малышка, не думал я, что всё будет так плохо. — немного снимая боль своей магией проговорил правитель Ада.
Если бы он мог, то полностью обезболил бы её, но так, увы, нельзя. Сделав так, можно нарушить её превращение и вообще навсегда лишить магии, а без этого долго не прожить. Ведь любой, кто был лишен своей магии, во время своего шестнадцатого дня рождения, сходил с ума. Без неё просто невозможно существовать, только если ты не обычный человек. Обычные люди могут получить магические силы, но их и легко лишить данной силы и с ними ничего не произойдёт, нежели с прирождёнными носителями магии.
После того, как Люцифер обезболил Тею, он накинул на комнату защитный барьер, чтобы никто не смог сюда войти. Иначе они бы помешали формированию новой магии у Алатеи, и вообще просто-напросто сбили бы её концентрацию. А во время пробуждения сущность, сама магия и эта сущность начинают бушевать, пытаясь, стать одним целым. Не всегда это проходило безболезненно, но бывали такие случаи, когда это давалось легко пережить не испытав сильную боль. Потом Люцио подошёл к девушке и перевернул её на спину.
— Крылатая у нас будешь..— тихо с улыбкой проговорил он, и едва касаясь кожи спины провёл по ней пальцами.
Отойдя от девушки, Люцифер присел в кресло, которое находилось недалеко от кровати. Свою магию он скрыл, чтобы не мешать магии Теи. И всё время сидел и наблюдал за тем, как у неё проходит процесс пробуждения. А в этот момент, за дверью, родители Алатеи пытались войти в её комнату, чтобы понять, что случилось с их ребёнком и почему она так долго не выходит.
"Видимо они забыли, про то, что происходит со всеми в день их шестнадцатилетия. Интересно, как скоро они это вспомнят?" — подумал об этом Люцио и взглянул на дверь, а после чего накинул на комнату пролог тишины, только так аккуратно, чтобы не затронуть Тею и её магию.
А вот через время начало происходить самое интересное. Вокруг неё начали кружить и падать хлопья снега, и в это же время маленькие языки пламени начали мягко и аккуратно начали касаться тела Алатеи, казалось бы, они делали это так, будто боялись, что одно их неверное касание может навредить ей. Они начали обволакивать девушку, точно обнимая её. А хлопья снега начали падать на два прореза между лопаток, таким образом, притупляя боль холодом. Магия — казалось бы, что это просто какая-то неразумная сила..но сейчас, смотря на то, что магия Теи с ней делает, можно смело думать о другом. Магия разумна! И она помогает своему носителю в трудные моменты жизни. Люцифер всегда догадывался о разумности магии, и сколько бы он не старался об этом говорить, все считали это бредом. Но это уже лично их дело. А сейчас, правитель Ада сам лично убедился в этом. Он всё так же удивлённым взглядом продолжал смотреть на происходящее. И вот уже начинают показываться крылья. Это был самый болезненный процесс в жизни почти каждого дьявола. У некоторых крыльев не было из-за того, что они были ещё на половину кем-то, но сила оставалась при них. И были они просто дьяволы без крыльев.
Крылья Алатеи были прекрасны. Они были чёрными, тёмно-чёрными.. Было такое ощущение в этот момент, что темнее крыльев этой девушки — в мире нет ничего! А если присмотреться, то на кончиках перьев можно было заметить какой-то странный цвет, что напоминает чем-то золотой. И после того как появились крылья, магия Теи начала окутывать и их. Снег и огонь, это же несовместимые элементы. И, по сути, они должны враждовать, но тут почему-то было наоборот, они спокойно находились друг с другом: снег не превращался в воду, а огонь не затухал. Всё это настолько удивило Люцифера, он правитель Ада, который повидал, почти всё на этом свете и казалось, что его нечем больше так сильно удивить. Но эта девушка, она сделала невозможное.
Люцио просидел, считай, не моргая до самого конца формирования. Он был настолько поражён, что и не сразу понял, когда всё закончилось. Придя окончательно в себя, он подошёл к Алатеи и магией наколдовал на ней одежду. Поправил выбившиеся из её хвоста волосы, на мгновение остановился и замер с прядью волос в руке. Волосы поменяли свой цвет, теперь они были красные с белыми кончиками. Этому причиной, скорее всего, стало то, что её элементы не враждуют между собой. И вообще, у всех была только одна стихия, один элемент. Сколько не пытались многие маги, дьяволы, эльфы подчинить себе второй, у них ничего не получалось.
— Ты такая странная девушка, малышка Тея. Не перестаешь меня удивлять, — прошептал Люцифер, отойдя от кровати, — Ты такая же, как и он, — уже больше для себя сказал он. После этого он снял все барьеры в комнате и исчез. Задача, которую он сам возложил на себя, была выполнена. И теперь правитель Ада мог отправляться обратно в своё царство, не переживая за состояние Алатеи.