Хозяин квартиры опять сухо сглотнул. Хрипло выдавил из себя:
— Ты меня все равно убьешь.
— Нет, почему же, совсем не обязательно. Во всяком случае, у тебя тогда будет шанс. И знаешь почему? Только потому, что ты всего лишь водитель. Водители обычно баранку крутят, а не из автоматов палят… Но, повторяю, это лишь предварительная установка на «добро»: если захочешь испытать мою реакцию, убью обязательно, я это делать умею. Договорились?.. Чего молчишь-то?.. Ну, твое дело. Итак, вопрос, прежде чем начнется основной разговор: будешь говорить откровенно?
Тот кивнул.
— Вот и чудненько. Тогда по порядку. Кто и за что убил Серегу?
Стахович дернулся. Скривился болезненно.
— Я ни в чем не виноват.
— Это ты доказывай своей совести, — холодно порекомендовал Александр. — Или прокурору, если придется. Я сам решу, кто из вашей кодлы в чем виноват… Повторяю вопрос: кто и за что убил Серегу?
У хозяина тряслись руки. Он сплел короткие рабочие пальцы, пытаясь унять нервную дрожь.
— Понимаете, все так нелепо получилось… — Даже решившись, он говорил, с трудом выдавливая слова. — В общем, Поляк раздобыл «порошок»…
— Кто такой Поляк?
— Ну, Максим Поляков. Этот, которого убили вместе с вашим товарищем.
— Понятно, — процедил Харченко. — Значит, он просто где-то достал «порошок»… Я уже больше сорока на белом свете живу и не представляю, как можно достать «порошок»… Ну ладно, к этому вопросу мы, если ты не возражаешь, еще вернемся. И что было дальше?
— Дальше Поляк обратился к Малышу…
— Ты можешь говорить по-человечески? — вспылил Александр. — Кто такой Малыш? Имя? Адрес? Как найти?..
Стахович облизнул пересохшие губы.
— Ну!..
— Валентин Ганиев. Адрес… Я точно не знаю…
Александр, не поднимаясь, внешней стороной ладони, несильно, расслабленными пальцами шлепнул его по лицу. Средним пальцем попал по зубу. Хорошо, что был в перчатке, а то бы поранился.
— Это даже не аванс, — сообщил он. — Это так, легкое предварительное предупреждение.
Чтобы уметь побеждать, нужно, чтобы тебя хоть иногда били. Пока человек не получал по физиономии, он не знает, какие пытки, боль и унижение способен вынести.
Стаховича по лицу, наверное, вообще никогда не били. Или, что тоже возможно, получал слишком часто. Он коротко вскрикнул, затравленно уставился на Александра безумными от ужаса глазами.
— Адрес, я спрашиваю.
Валерий торопливо полез в лежавший на столе телефонный справочник.
— Сейчас, сейчас, — бормотал он. — Я не помню… На память не помню…
От охватившего его животного страха Стахович, наверное, и в самом деле мог сейчас забыть даже собственный адрес. Верхняя губа его, по которой пришелся удар, начала слегка припухать. Трясущиеся пальцы не могли листать страницы, переворачивая их сразу по нескольку.
— Дай сюда, — с брезгливостью процедил Харченко.
Он подтянул к себе серую книжицу, начал искать букву «Г». В перчатках, даже тоненьких, это было делать неудобно. Но не снимать же…
— Не там, — подобострастно остановил Стахович. — Карточка за обложкой.
Александр открыл обложку. В прозрачном кармашке виднелось несколько мелованных прямоугольничков. Вытряхнув их, Харченко быстро выбрал карточку Ганиева. Просмотрев ее, перевернул. На обороте от руки был написан домашний адрес.
— Переходим к следующему вопросу, — прокомментировал он, сунув карточку в карман. — Что получилось дальше?
Стахович говорил торопливо и сбивчиво. Рисовалась следующая картина.
Поляков — Поляк при получении «фирмой» очередной партии наркотиков сумел какую-то часть «порошка» укрыть. Он предложил Ганиеву — Малышу прокрутить аферу: набрать несколько новых распространителей зелья, чтобы они быстренько реализовали товар, пока руководство «фирмы» не вычислило конкурентов. При этом, коль наркота досталась им даром, Поляк и Малыш решили рискнуть: пусть, мол, даже какая-то часть «порошка» пропадет, зато куш сорвать необходимо попытаться оперативно. Игра казалась им беспроигрышной. Подобрали несколько лохов, рассчитывая за неделю реализовать всю партию. Все они должны были приступить к работе на следующий день. Один лишь Серега настоял на немедленной работе. Но дело сорвалось. Информация об их афере каким-то образом дошла до руководства. И «начальники», в назидание остальным подельщикам, решили примерно наказать отступников.
— Поэтому вашего приятеля и Поляка убили… — закончил рассказ Стахович.