- Ты хорошо запомнил эти видения? – Камио заинтересованно подался вперед.
- Более-менее, - окончание фразы прозвучало глухо, Эрис сжал зубы, превозмогая новый поток боли.
Периодически шипя и делая паузы, он как можно подробнее описал беседу в цветочном лесу и битву с ваалготами.
Альгол взволновался не на шутку, его очень расстроило, что не удалось рассмотреть лица женщины и мужчины. Он закидал Эриса уточняющими вопросами, но тот ничего нового добавить не смог. Зато кое с чем Альгол сумел помочь сам - он подтвердил, что цветочный лес скорее всего действительно находится в Целесиане. Подобные чащи встречались во множестве на территории этой страны.
- Удивительно! Просто удивительно. – Альгол покачал головой. – Судя по всему, встроенная в твой организм модификация специально рассчитана на взаимодействие с этим камнем. Это подтверждается и тем, что он оказался точно в центре силового узла, данный поворот вряд ли случайность. В отличии от твоего чудесного воскрешения.
- Что ты имеешь ввиду?
- Рискну предположить, что при падении футляр разбился, и осколок, эм… естественным образом стал частью схемы, при этом каким-то немыслимым образом нивелировав повреждения тела. Тебе просто повезло, если бы ты носил его в рюкзаке, то сейчас я уже развеивал бы твой пепел по ветру.
Рао’Ди степенно кивнул.
- Думаю, насчет исцеления ты недалек от истины новая кровь. Но даже я за столько столетий не слышал ни о чем хотя бы отдаленно похожем.
- Боюсь, единственные, кто может удовлетворить наше любопытство, тот мужик и безымянная дама. Кто они? Откуда пришли? Зачем им понадобилась Живая Геометрия, как они вообще о ней узнали и как именно они хотели вывезти ее с Агринии при помощи этого камушка? И, самый главный вопрос – каким образом с ними связан ты, Эрис. А наличие данной связи неоспоримо. Кстати, Рао, как ты вообще узнал, что им нужна именно Геометрия?
- Я умею выжидать и слушать, они упоминали ее, пусть под иным именем, известном не столь многим. Чем больше я следил за ними, тем больше убеждался в злом умысле. Эти люди не были похожи на ваших трусливых воинов, что прячутся от леса за высокими стенами жалких крепостей, ни тем более на рак’ха – граждан… горожан. Они не ведали страха. Опасные люди. Целеустремленные.
- И кроме этого нам о них ничего не известно. Блеск!
- Ничем на этот счет помочь не могу, - устало сказал Эрис, - и ты знаешь почему.
- Знаю, - поморщился Альгол, - поэтому отложим данное дело до иных времен.
Он обернулся к Рао’Ди, вновь завернувшемуся в крылья-листья.
- А вот для кое чего другого время вполне подходящее.
Энергомант смерил его задумчивым взглядом, в котором отчетливо читалось «я сам решу, когда и для чего пришло время».
- Пусть твой друг наберется сил, меняющий, они ему скоро пригодятся, да и тебе тоже. Нас ждет длинная дорога, и не менее длинная история.
- Как скажешь, - не стал спорить Камио, понимая бессмысленность данной затеи. Рао’Ди все равно сделает так, как считает нужным. Его это уже начинало тихо бесить.
- Мне необходимо покинуть вас на некоторое время, - продолжил Рао, - чтобы обсудить с Обелусом ново-появившиеся детали нашего плана, потом на это не будет времени. Я вернусь послезавтра. Здесь вы в безопасности, но помните – мы неподалеку от владений Живой Геометрии, оставайтесь бдительны.
Рао’Ди растворился во мраке. Некоторое время раздавалось эхо от взмахов крыльев, Эрис в очередной раз задумался, куда же он попал пока был без сознания. Хлопки быстро удалялись, пока не стихли окончательно.
- И-и-и… он улетел, - констатировал Альгол, разведя руками, - последние актеры занимают свои места в пьесе, сюжет которой им до сих пор не известен. Но роли при этом у них главные. Невероятно.
Он тряхнул головой оправляя волосы и издал неопределенный звук, видимо означающий ворчливое неодобрение. Покопавшись в своем рюкзаке, он достал записную книжку и дневную сферу. Источаемый ею свет потускнел, стал бледнее, срок службы подходил к концу. Карандаш в руке Камио нерешительно замер над полу-исписанной страницей.
- Где мы, Альгол? – Боль в бедре немного поутихла. Опираясь на меч в ножнах Эрис привстал, силясь рассмотреть хоть что-нибудь в темноте, озаряемой пламенем жаровни и сферой. Ничего. Будто оказался посреди бесконечной пустоты. Огни освещали лишь небольшие участки подле себя, не более. Это показалось Грэю странным. Может у него что-то случилось со зрением?
Альгол оторвался от записей. Поднял руку вверх и указал карандашом куда-то за спину.