Аборигены словно бы чего-то опасались. Возможно, в предыдущих столкновениях с колонистами им уже довелось познать на себе разрушительную силу стали и пуль с Материка, скудный разум легко мог посчитать и то и другое страшным колдовством. А раз так, то в их понимании любой белый человек представлял угрозу. Но, если они боятся из-за этого приближаться, тогда почему просто не закидают его копьями? Деваться ему все равно некуда, а уж копья кидают эти бестии на славу! Да и стали бы они тогда так упорно его преследовать? Нет, тут что-то другое.
Неожиданно почва под Эрисом дрогнула, да так, что он едва удержался на ногах. Аборигены в ужасе завопили и кинулись бежать. Напоследок в Эриса все же метнули копье, которое он ловко отбил взмахом меча. Деревянная палка с плеском скрылась под водой.
Озадаченный происходящим Эрис устремился следом за дикарями. Земля уже не просто содрогалась, а ходила ходуном, судорожные толчки усиливались.
Каннибалам больше не было дела до жертвы, которую они так упорно преследовали несколько дней подряд, поднимая тучу брызг они со всех ног неслись обратно под своды джунглей. Большая их часть успела раствориться в лесном мраке, прежде чем произошло что-то непонятное. Эрис сперва даже не понял, что именно. Сперва раздался глухой лязг, словно сработала огромная пружина, в тот же миг, из земли под отставшим от собратьев дикарем вырвался острый зазубрены штырь. Бедняга даже не успел вскрикнуть, оружие, или ловушка, чем бы это ни было, пронзило его насквозь под прямым углом с молниеносной скоростью. Потом почва вздыбилась, и последние лучи угасающего солнца осветили сам ужас.
- Вот зараза! – пораженно выдохнул Эрис, делая несколько шагов назад.
Больше всего монстр напоминал вставшего на четвереньки громадного человека с неестественно длинными конечностями, вывернутыми наизнанку будто лапы кузнечика. Гнилостная кожа отливала омерзительным тухлым лиловым цветом, в тронутой разложением плоти проглядывалось нечто вроде обломков массивного доспеха, вперемешку с непонятными механизмами. Штырь, на который угодил невезучий дикарь, чавкнув скрылся в ладони создания. Эрис машинально прикинул, что заключенные внутри руки… ножны, должны быть в длину как минимум от запястья до плеча, чтобы он мог поместиться там полностью, и такими же гибкими, как сама конечность. Искатель приключений содрогнулся, представив, сколь болезненной должна была быть операция по вживлению этого устройства. Сами по себе, в конце концов, такие штуки внутри организма не вырастают.
Чудовище обхватило труп ладонями и поднесло ко рту, с жутким хрустом оно откусило от трупа верхнюю часть, порвав мясо легко, словно бумагу. Начался тошнотворный пир. Мощные зубы с треском перемалывали жилы и кости.
Эрис, стараясь не совершать резких движений, двинулся в обход жуткого обитателя поймы, внимательно наблюдая за каждым движением твари. Та была слишком поглощена своим занятием и пока не замечала сероволосого авантюриста. Скорее всего именно ее опасались аборигены, только жажда мести за уничтоженную святыню заставила их погнаться за иноземцем в опасное место. Честно говоря, Грэй даже не знал, что лучше, или, вернее хуже: толпа кровожадных вырожденцев, или плотоядный монстр? Так или иначе, на Агринии, похоже, все пытались друг друга сожрать. Или, на худой конец, хотя бы прибить. Но, обычно сожрать.
Потихоньку ему удалось выбраться на мелководье. Эрис размышлял, стоит ли попытаться скрыться от создания побегом, или продолжать аккуратно отступать без лишнего шума. Оно не выглядело слишком уж проворным, если со старта сразу взять хорошую скорость, то наверняка можно оставить чудовище позади достаточно быстро. Он с сомнением посмотрел на недружелюбно взирающий в ответ лес. В тенях древесного лабиринта все еще могли скрываться каннибалы. Хотя, грозная тварь, похоже, достаточно устрашила их, чтобы они бежали без оглядки. Но особой уверенности в этом не было.
Решение Эрис принять не успел. Гнилой великан вдруг застыл, на короткое мгновение уподобившись уродливой статуе, а потом обернулся. Шея при этом двигалась так, словно держалась на шарнирах отдельно от остального тела. На Грэя уставилось огромное вытянутое лицо с пустыми глазницами, измазанное кровью. Если бы не ситуация, Эрис возможно позволил бы себе улыбнуться - кошмарная маска застыла выражением детской обиды. Отбросив недоеденную добычу прочь, чудовище вскинуло руки и вдруг весьма резво двинулось боком на Эриса, из-под массивных конечностей во все стороны полетели потоки грязи.