За разговором друзья даже не заметили, как вышли в пещеру, укрытую ковром бледных грибов на толстых приземистых ножках. Между грибами сновали крупные насекомые, смахивающие на муравьев. Дополнительной парой лапок, растущей из спины, они шустро выбирали губчатую массу из-под шляпок, скатывая ее в комочки. Насекомые сновали туда-сюда целым стаями, отовсюду раздавалось мерзкое шуршание хитиновых лапок, вызывая неприятные воспоминания о событиях на заставе.
Свет напугал жуков, воздух заполнили панические щелчки, темные тельца ринулись во все стороны, стремясь поглубже забиться в щели.
Эрис и Альгол потоптали немало грибов. Сапоги облепила липкая каша, источающая запах спелой вишни. Инженер ради интереса сорвал один гриб и изучил сканером. К-удивлению Эриса он бесстрашно откусил кусок, пожевал с задумчивым видом и выплюнул.
- На вкус как пропавший джем со сладкими ягодными нотками, - инженер небрежно отбросил гриб прочь, - зато не ядовитый и вполне съедобный.
- Ты бы с этим делом поаккуратнее, - посоветовал Эрис, - а то еще пронесет, дальше чем видишь.
- Да не должно бы… - с опаской ответил Альгол.
- Надежда умирает последней, - весело констатировал Эрис.
Громкое шуршание на потолке застало обоих врасплох. Раздался переливистый шепот, в следующий миг к Альголу метнулись хитиновые жгуты, крепко опутав руки. Грязно ругающегося и извивающегося как змея Камио стремительно потащили вверх.
- Вот пропасть! – Ругнулся Эрис. Он выхватил клинок, но что делать дальше не представлял, невидимая глазу тварь засела слишком высоко.
Свет дневной сферы Альгола выхватил из темноты нечто вроде огромной головы, или лучше сказать лица, блестящего как гладкий фарфор. Оно торчало среди грибных зарослей, раззявив пасть с несколькими рядами острых зубов, жгуты тянулись из глубин глотки. Морду, из которой создание похоже состояло полностью, обрамляли сотни паучьих лапок, крепко держащихся за камень. Разглядев, куда его тащат, он забился еще сильнее, но жгуты держали крепко, гуттаперчиво растягиваясь при движениях. Тогда Альгол ударил дешифрацией. Участок потолка вокруг твари осыпался водопадом песка, поток потащил ее за собой. По крайней мере, так сперва показалось.
- Ты тоже это видишь, Эрис!? – Выкрикнул Альгол, барахтаясь среди песка и грибов.
- Вижу, вижу, - сероволосый авантюрист спешно обрубил удерживающие Камио путы и помог другу встать, – опять дженоони!
Дешифрованный участок потолка обнажил широкую полость и прозрачное червеобразное тело монстра, хвост исчезал где-то за пределами видимости. Лапы вокруг фальшивого лица вывернулись наружу, образовав шевелящийся венчик. Обрубки жгутов скрылись в пасти, ни капли крови, ни иной жидкости не вытекло из них.
Морда дженоони приблизилась к стоящим плечом к плечу Эрису и Альголу, неподвижные глаза рассматривали потенциальную добычу. Обдав обоих свистящим шипением, от которого заныли зубы, червь утек в нору. Своды пещеры содрогнулись, в стенах трескуче зашумело, из глубин земли под ногами донесся рокот. Наступила тишина.
- Мы его напугали? – Простодушно удивился Эрис, убирая меч.
- Да кто его знает, - раздраженно ответил Альгол, счищая с себя белесую массу, воняющую забродившими ягодами, - может он решил своих дружков на подмогу позвать. Проклятье, меня из-за него чуть удар не хватил!
- А как же «я сама бдительность»? – подколол друга Грэй.
- Бдительность и неожиданность вещи разные. Хм… тебе не кажется, что пол вдруг стал какой-то не такой?
- Разве? Ничего не чув…
Земля под ногами лопнула со звуком разбитой яичной скорлупы. Путники с головой ухнули в темную пустоту. Эхо обвала еще некоторое время блуждало в округе, потом стихло и оно, словно ничего и не было.
Короткое падение выбросило их на изгибистый каменный желоб. Скольжение в окружении грибов и булыжников оказалось не слишком долгим, зато крайне болезненным.
Преодолев последний поворот, друзья кубарем вылетели на груду костей, сваленных вперемешку с доспехами и оружием. В жалких сантиметрах от головы Эриса многозначительно поблескивало вычурное лезвие секиры, похожее на крыло экзотической бабочки. Не самое воодушевляющее зрелище.
Эрис кое как поднялся, проверяя себя на предмет целостности. Кроме пары крайне болезненных ушибов ран он не обнаружил. Эрис не без отвращения вытряхнул из волос и куртки мелкие косточки. Рядом, вызвав небольшой костяной оползень, восстал Альгол, выражение его лица можно было описать только как «крайне неположительное».
- Ты в порядке? – Спросил Эрис.
- Можно и так сказать, ты сам-то как?
- Тоже, вроде, нормально.