Проснулся Эрис от жуткой боли. Мышцы сводило судорогами, казалось вот-вот порвутся, дыхание с большим трудом вырывалось из груди. В мозгу моментально проскочили две мысли: либо его жрут заживо, либо Альгол промахнулся с безопасностью воды. Камио, кстати, точно так же корчился рядом, стиснув зубы. Никто его не жрал. Первый вариант отпадал.
- Нейроскелет, - прошипел он, поймав взгляд Эриса, - энергия вышла, демонтаж… начался.
Альгола вырвало.
Демонтаж? Уже? Энергии должно было хватить на день с половиной. Сколько же они проспали?!
Желудок скрутил спазм. Эриса тоже вырвало. Он чувствовал, как иглы, связывающие нейроскелет с телом, отсоединяются от нервной системы. Проклятье! Это было невыносимо.
Зажимы раскрылись.
- На колени… сядь, - посоветовал Альгол, весь блестя от пота, - легче... станет.
Грэй последовал совету. Как раз в этот момент от спины начал отсоединятся искусственный позвоночный столб.
Разъединение продолжалось еще минут пять. За это время Эрис успел проклясть все на свете, особенно себя, за то, что вообще согласился надеть эту штуку.
Стоило только нейроскелету отпасть окончательно, Эрис и Альгол молча подползли к прудику и не сговариваясь забрались в воду, привалившись по разные стороны к стенкам.
- Никогда больше. – Категорично произнес Грэй. Тело жгло изнутри, словно внутри поселился рой злобных ос.
Альгол только кивнул. Он начал подозревать, что технологию не «не смогли», а не захотели копировать.
Прохладная вода сделала свое дело, успокоив измученное тело. Путники немного пришли в себя.
- Что мы с ними сделаем? – Спросил Эрис, присев возле нейроскелета. Отсоединившееся устройство походило на здоровенного дохлого паразита.
- Ничего, - пожал плечами Камио, - пусть себе лежат. Жаль, но толку от них больше не будет. Нам нечем их зарядить.
По его предложению они положили нейроскелеты на дно пруда. Камио шутливо отдал нейроскелетам честь. Несмотря на недавние страдания, без них они не смогли бы выбраться из комплекса и подземелий.
Одевшись, ведь они все это время проходили обнаженными по пояс, друзья покинули пещеру. Они опять оказались один на один с камнем и тьмой, дневные сферы справлялись с ней с заметным трудом, энергии в них осталось мало.
Вскоре путники почувствовали свежий воздух, пропитанный ароматом влажной земли и трав. Ободренные, они перешли на бег. Им не терпелось поскорее увидеть небо, вместо окончательно осточертевших каменных сводов.
И вот, настоящий дневной свет резанул глаза, навстречу пахнуло теплым ветром. Ох, как же они по ним соскучились! Свежий воздух, пропитанный ароматом джунглей, заполнил легкие.
Тоннель вывел их в чашеобразную впадину, окруженную высокими стенами, края вытягивались, образуя подобие навеса. Большую часть впадины занимал затянутый ряской пруд с белыми островками лотоса. Водоем огибала узкая тропа, на противоположном берегу находилась карстовая пустота с колонами сталагмитов.
Наконец-то над головой синело укутанное рваными облаками небо, а не безликие пещерные своды. По краю впадины выстроились скорбно склонившиеся пальмы, вниз свисали корни и красующиеся сочными розовыми цветами побеги вьюна. Мягко журчали водопады ручьев, стекающие к водоему. Природа в очередной раз продемонстрировала свой талант создавать настоящие произведения искусства.
- Я не думал, что когда-нибудь настолько соскучусь по открытым пространствам Эрис, веришь? – Камио выглядел без преувеличения радостным, с небольшой долей истерики.
- Охотно, - улыбнулся в ответ Эрис. Он чувствовал себя примерно так же.
Путники двинулись в обход пруда, придерживаясь за стену, чтобы не поскользнуться на мокром камне. Водяная взвесь моментально вымочила одежду насквозь.
Они не успели пройти и половины тропы, как вдруг спокойная поверхность пруда буквально взорвалась, обоих окатило с ног до головы брызгами. Вода почему-то оказалась липкой, двигаться стало сложнее.
- Это еще что за чушь? – Недовольно-риторически поинтересовался Альгол, осматривая склизко блестящие руки и одежду. Хорошее настроение мигом испарилось.
В ответ из глубин поднялась здоровенная паукообразная конечность, длинная и тощая как ходуля, с крючком на конце. Мерзко поскрипывая на сгибах, лапа слепо пошарила по сторонам. Появилось еще несколько конечностей. Вместе с ними пришел отвратный прогорклый запах, перебивший все прочие запахи. От мерзкой вони к горлу подкатила тошнота.
- Давай потихоньку к выходу, может пронесет. – На всякий случай Эрис достал меч, свободной рукой мечник зажал нос. Помогло не очень.