- Пронесет, - цедил Альгол, крадясь вдоль стены, - в этих джунглях пронесет, да не раз!
Наконец твари надоело сидеть под водой. Вцепившись всеми конечностями в берег, она поднатужилась и вытащила себя на поверхность.
- А я-то думал, что это будет паук, - после некоторой паузы произнес Камио.
- Не угадал, но сходство есть, - отозвался Эрис.
Для столь массивных лап тело насекомого оказалось маловато, хоть и не уступало по объемам туловищу человека. Квадратная морда жука раскрылась лепестками, внутренняя сторона оказалась усеяна сотнями мелких жвал, перемалывающих невидимую добычу.
- Мило, – сухо прокомментировал Альгол.
Передние лапы чудовища резво метнулись к Эрису. Он резво пригнулся и те впустую прочертили крючьями по стене, оставив на камне заметные царапины. Еще один бросок. Эрис ушел от выпада изящным круговым разворотом. Клейкая масса немного помешала, лапа опасно врезалась в камень рядом головой.
Две неудачи подряд насекомому не понравились, оно раздраженно закачалось подобно маятнику, скрипя на всю пещеру.
- Дурной жук, вместо того, чтобы плеваться, лучше бы потихоньку цапнул, пока никто не ждет, да и дело с концом, – покачал головой Камио.
- Не подсказывай, вдруг он разумный?
Не дожидаясь новых посягательств, друзья поспешно покинули впадину, оставив пруд наедине с его негостеприимным хозяином. От такой наглости жук впал в ярость окончательно. Он замотался из стороны в сторону словно тряпка на ветру, казалось – вот-вот взорвется.
Монстр приблизился к проему, в котором скрылись Эрис и Альгол, слишком узкому для него чтобы пролезть, и попробовал аккуратно достать добычу лапой, просунув конечность между сталагмитами. Не вышло. Он замер, обдумывая дальнейшие действия, даже подобие морды, казалось, выражало задумчивость. Что тварь в итоге нарешала, путники не узнали, поскольку к тому моменту были уже далеко.
На некоторое время им опять пришлось углубиться под землю, следуя по крайне прихотливой сети троп. Здешние подземелья облюбовали разновидности гигантских грибов, иногда они росли столь густо, что сквозь них приходилось прорубаться мечом. Главной проблемой стала не сложность процесса, а тошнотворный запах, густеющий с каждой новой перерубленной ножкой.
Через два часа блужданий путники оказались в джунглях на берегу бурной реки. Свалив поклажу так, чтобы ее было хорошо видно, они прямо в одежде залезли на мелководье и как следует отстирались. После друзья некоторое время сидели в одних штанах на прибрежных камнях, просыхая под солнцем.
Громада южного хребта теперь казалась как никогда близкой. И все же, по прежнему далекой. Таких гор на Материке не увидишь, какого-же размера они вблизи, если видны почти из любой точки Агринии?
Альгол проследил за взглядом друга и сказал:
- Такими темпами мы скоро окажемся у подножья.
- Угу. – Эрис меланхолично пожевывал сорванную травинку.
- О чем задумался?
- Много, о чем, даже не знаю с чего начать если честно.
- Что ж, тогда давай попробуем прикинуть, что нам теперь известно.
- Так в том и дело, что по-прежнему ничего.
- А вот и нет. Мы знаем, что кель’циме создали чтобы держать последний рубеж обороны против таинственного Захватчика. Узнали про протокол «Опустошение», предполагающий глобальный геноцид и которому они маниакально следуют. И главное – данная активность кель’циме связана именно с присутствием Захватчика. По-моему, не так уж и мало.
- Но при этом никакой конкретики.
- Тогда вот тебе пара мыслишек на сей счет. Смотри, наши уродливые друзья дрыхнут себе на территории континента и видят сны о биомеханических овцах, ну, как вариант. Идет время, на территории Агринии появляется новое государство. Саго’Вал процветает и полон жизни. В какой-то момент его самодовольному правителю приходит в голову забацать в память о себе грандиозную статую, для чего скульпторы используют странный камень, непонятного происхождения. Поспеваешь?
- Само собой.
- В общем, как только статую начинают делать, кель’циме пробуждаются и устраивают старую добрую резню, истребляя всех без разбору. Ничего не напоминает?
- «Опустошение», - произнес Эрис.
- Верно. Так вот, мыслишка-то у меня такова – черный идол каким-то образом связан с Захватчиком. Почувствовав, что он снова в деле, кель’циме занялись тем, для чего были созданы – учинили бойню невиданных масштабов. Вот только, судя по всему, не преуспели, если верить записям из Н’игса. Что думаешь насчет всего этого?
- Думаю, что мы втянули себя в гиблую историю, подоплека которой в полной мере нам не ясна, - слегка улыбнулся Эрис, но глаза при этом выражали тревогу.