***
Задний двор замка Гриммард. Сорок семь лет назад.
Отец ударил кулаком с такой силой, что я пролетел кубарем метров десять. Вскочив на ноги, я ломанулся в лобовую атаку выпуская когти. Вокруг отца внезапно возникло густое чёрное облако, поглотившее пространство вокруг и меня целиком. В густой темноте я потерял всякую ориентацию — зрение пропало, звуки исчезли, я оказался беспомощным, словно маленький слепой котёнок, в руках создания ночи.
Во мраке меня настигли удары, приходящие неизвестно откуда. Беспомощный, потерявшийся в собственной защите, я бесполезно сопротивлялся нападению. Но тут побои прекратились и прозвучал голос отца:
— Это называется завеса тьмы. Запомни, сын, овладевший этим приемом, становится частью самой тьмы. Ты можешь наносить удары пока он находится внутри этой завесы. Особенно эффективен этот приём в ограниченном пространстве. Но помни и о недостатках: прием потребляет огромное количество твоей энергии. Если неверно рассчитаешь силы, лучший исход — это провал в глубокий длительный сон...
- А в худшем? Спросил я
Наступила пауза
- Вероятнее всего погибнешь – Проговорил отец, выходя из формы тьмы.
***
Слившись с тьмой, я увидел сначала недоумение, а затем страх в глазах Питера, который оглядывался из стороны в сторону.
– Пора с этим заканчивать – прошипел я и пошел в атаку.
Я осыпал его градом ударов, не давая ему опомниться. Его тело превратилось в мою боксерскую грушу. Подумав, что победа уже у меня в кармане, как Питер начал терять привычный облик:
Он стал выше примерно на полметра, кожа посерела пальцы на руках стали крючковатыми, а когти удлинились. Лицо перестало походить на человеческое оно напоминало лицо летучей мыши. За спиной выросли два перепончатых крыла. Ноги стали тонкими и кривые с тремя пальцами с длинными ногтями.
Приняв форму нетопыря, он хотел взлететь и вырваться из тьмы. В этот момент я приказал тьме связать его по ногам, а сам принялся неистово атаковать, что есть мощи тратя последние крупицы силы.
Тьма начала пропускать лунный свет я чувствовал, что сил удержать тьмой моего врага хватит лишь несколько мгновений. Поэтому я словно молния материализовался около нетопыря развеиваю тьму, вложил все оставшиеся силы в удар рукой. Мои когти пробили его серую плоть ломая по пути ребра.
Рука сомкнулась вокруг бьющегося сердца Питера, извлекая его наружу с таким усилием, что кровь фонтаном брызнула повсюду, и он упал на колени принимая прежнею форму.
Вырванное сердце у меня в руке, испускало приятный аромат. Не сдержавши жажду, я изо всех сил сдавил бьющееся сердце, выжимая до последней капли жизненные силы прямо в рот. Волна сладостного вкуса захлестнула горло, напитывая организм живительной силой. Мы раны начали быстро затягиваться.
Придя в себя, я осознал, что все закончилось. Побеждённое тело Питера лежало неподвижно в луже собственной крови, и наступившая тишина означала конец поединка.
И в первые за долгое время я почувствовал глубокую усталость, смешанную с удовлетворением…
***
Интерлюдия
Трибуна старейшин
Патриарх с интересом наблюдал за поединком, в котором бился Викрис потомок "Велимира кровавого" самого старого и вероятнее сильнейшего из всех патриархов. Однако вскоре поединок стал утомлять его, столько раз бойцы снова и снова повторяли одни и те же маневры, словно застряли в бесконечном цикле. Чуть поморщившись, он подумал, что даже ребенок смог бы предложить сотни способов закончить схватку быстрее. Ладно этот низко родный вампиришка, но второй потомок из великого рода, который соперничает с его.
– Сколько же этим драчунам стукнуло? – Усмехнувшись спросил патриарх.
– Кёнингу исполнилось двести семьдесят шесть зим, а мой сын отметит девяносто вторую через три месяца, — спокойно ответил Юлий, сохраняя маску невозмутимости.
- Как ты допустил что твой сын бьется насмерть с противником в трое старше себя? – С интересом спросил патриарх.
Меня не было, когда мой сын бросил вызов. – не выказывая эмоций сказал Юлий.
Однако внимание наблюдателей отвлек новый поворот на арене. Один из бойцов, почувствовав усталость соперника, наконец нанес точный удар, и оставил глубокую рану на груди противника.
— Ну все это конец! – Радостно вскочил Рауль.
– Старейшина Дюрандэль вы ошибаетесь. Смотрите внимательно – С улыбкой сказал патриарх.
Семеро увидели непроглядное облако тьмы окутавшую всю арену. – Это… это за… завеса тьмы? – Заикающимся голосом проговорил Рауль. Как такое возможно? Родовые умения до ста лет, невозможно....
Закончив браваду, как только облако тьмы рассеялось повисла тишина, их взгляду предстала картина. Молодой герцог стоял с вырванным сердцем противника в руках. Раздался оглушительный смех Торрингтона. – Ах ха, ха-ха, так и знал, что этот парень что-то да отче душит.