— Ага!.. Заехал с другой стороны. Козе понятно! — выкрикнул кто-то из рядов.
— Ахинея какая-то…
— В этих поисках давно уж блуждаем…
Оратор, до времени, не обращая внимания на выкрики, рисуясь, заговорил о своем кровном проекте, который он вынашивал много лет, но его никто серьезно не воспринимал. Сейчас он посчитал, что наступил момент, когда ресурсы тайги истощились, воткнуть эту разработку, рожденную в стенах родного института. Он предлагал перекрыть реку Сору в районе нижних порогов, чтобы поднять воду в мелких притоках и сплавить молью лес, взятый ныне в недоступных ущельях.
— Это же туфта! — наконец-то не выдержал Алексей Ястребов, прокричав во весь голос. — За два-три года снимем на крутиках лес, а потом что будем делать с этой плотиной?! Это же все в копеечку влетит! Зря теряем время, слушая этого балабола!..
— В чем дело?! Вы кто такой? — подпрыгнул за трибуной оскорбленный Вертухов, обратив загоревшее пунцово лицо в сторону обидчика. — Безобразие!..
Делегаты совещания нестройно шевельнулись. Гужом потекли смешки… Все повернулись к Ястребову. Незнакомые люди смотрели с раздраженным удивлением на выскочку, осмелившегося при высоких чинах нарушить незыблемый порядок партийной дисциплины. Сотрудники комплекса, знающие Ястребова, как правоведа, сдержанно улыбались, посматривали на Назарова. Тот сразу поднялся.
— Алексей Павлович?! — вытянул руку Назаров. — Если хотите что-то сказать, я вас запишу в прения… — И наклонившись к Юдину, прошептал: — Хороший партиец… У него большое будущее…
— Ничего я не хочу, — отмахнулся Алексей. — Разрешите мне уйти. У меня ребенок приболел.
— Как, товарищи?! — Лавров вновь повернулся к Юдину. Тот высокомерно качнул головой.
— Перерыв десять минут, — объявил Назаров. — Товарищ Ястребов, можете покинуть совещание.
— Вот это правильно! — выкрикнул кто-то из зала. — Он месяц безвылазно пахал на линии…
Выйдя из зала вместе с делегатами в большое фойе с пальмами в больших кадках, Алексей с неудовольствием подумал: «Черт меня дернул ввязаться!..» Кто-то громко говорил за спиной Алексея, продвигавшегося к выходу:
— Этот проект Вертухов, как я помню, лет десять назад в Сибири проталкивал, — басовито лилось. — На Кановском леспромхозе его, кажется, приняли. Но там равнина… От плотины и потом может быть польза. У нас же… Чепуха! Правильно обрезал его Ястребов…
Дальше прислушиваться Алексей не стал. Одевшись, он выскочил на мороз, глянул на месяц в ореоле, укорил себя: «Поторопился! Надо было дождаться конца да водочки в буфете прикупить!»
Москвичок, стоявший в середине ряда машин, завелся на удивление быстро. Он уже отпустил тормоза и собирался трогаться с места, как подскочил Трифонов, рванул дверцу.
— Вот повезло! — довольно урчал он, забираясь в кабину с трудом и похлопывая варежками. — Промерз, как собака! Хорошо, что ты раньше освободился… Заходил в буфет, гляжу твой вездеходик стоит. Кончилось совещание, что ли? Че там калякают?
— А-а-а!.. Отпросился. Все пустота… А ты чего пешкодрапом?! Утром, кажется, вперед меня выехал на своей «Победе». След свеженький…
Трифонов смачно матюкнулся.
— Гаишники, сволочи, меня в Яру застукали. Посидел маненько в чайной… Машину на прикол, а меня пинком в зад. Не чтут сейчас героев…
Алексей захохотал громко.
— Смеху тут мало! — обиделся Трифонов. — Штраф потребовали, а я отоварился в спецмагазине. Спецпаек для героев!.. Ха-ха-ха! — повеселел он. — Четыре буты-ля… Хочешь, поделюсь?.
— Не мешало бы…
Трифонов достал из портфеля бутылку водки, сунул ее в бардачок, предложил:
— Может, тяпнем?!
— Нет, Корнилович! — усмехнулся Алексей. — Тогда потопаем леском до дому. Пей, если хочешь…
Трифонов пить не стал, подумал: «Пожалуй, самый удобный момент упомянуть Фроловых».
— Ты же знаешь Фроловых, — заговорил он.
— А кто их не знает…
— Так вот, — продолжал Трифонов. — Был я у Леднева в охотхозяйстве. Знаешь его… Ну и посидели малость. Тот болтал по пьяни, что, дескать, грозился он Березиным, а особо тебе. Вроде того, что ты виноват в их семейной трагедии. А я подумал о том, что неужели они дознались, кто кокнул Ваську. Витька-то в Казахстане… Не из-за драчки же они зло копят! Где-то утек-ло-о-о!.. Ты пасись!
Алексей невольно вспомнил, как после драки с Василием в Атамановке милиционер так же предупредил. Вспомнил и то, как младший брат Дима орал на всю Темирязевку, когда их с братом отправляли под конвоем в спецдетдом: «Мы еще поквитаемся с Березиными! Катьку, стерву, прижучим!.. Алешке голову снесем!.. За все ответите!..»