- Ты уже уходишь…
Томно вздохнула и прижалась ко мне для прощального поцелуя, я не выдержал, и мне пришлось наглядно показать, что я уже скучаю. Сведет в могилу, ей богу.
Выйдя из подъезда, увидел своих ребят. Сел к ним в машину и первым делом устроил разбор полетов. Все было жестко, но по делу. Я за что им деньги плачу? Чтобы косячили? Когда отвел душу, один из моих лучших ребят Антон приступил к докладу по делу Руслана.
- Константин Павлович, вчера мы следили за юристом Верещагиным со стороны теневого акционера. Ничего особенного. Он провел пару неформальных встреч, а вечером был в ресторане со своей женой. Мы сделали несколько снимков, но это не важно. Во время ужина ему позвонили, и через минут пятнадцать подъехала машина «Range Rover Sport» белая без номеров. Он вышел и сел в эту машину. К сожалению, мы не могли слышать и видеть, с кем он разговаривал и поэтому после того, как Верещагин вернулся в ресторан я поехал за машиной. Не буду долго рассказывать, но вот адрес где остановилась авто и еще фото человека, который был в этой машине.
Антон передает мне фото, и сердце пропускает удар. Там был мудак, который пугал мою малышку. В голове сразу завертелись шестеренки. Сделки у Руслана и Цветка назначены через неделю с разницей в день. Причем сначала у Цветка…
- Быстро набери мне Чернышева, - можно сказать, ору я на Антона. Он, не медля не секунды, делает то, что ему сказано. – Когда выяснили?
- Вчера, в одиннадцать сорок. – отчеканил Антон.
- Какого хуя, сразу не сообщил?! – тот что-то невнятно пытается ответить, но тут уже Руслан принимает вызов и Антон передает мне телефон.
- Рус, без шуток. Все бросай и подъезжай ко мне как можно скорее. Я уже еду.
- Принято. – отвечает он, и мы отключаемся.
Смотрю на Антона, и хочется дать в морду.
- Ты вопроса не слышал?
- Я не думал, что это настолько срочно. Я оставил наших ребят следить за его передвижениями. Вчера пытался вскрыть его, но он не по одной нашей базе не проходит. – ответил испуганный Антон.
И тут я даю себе огромную такую мысленную затрещину. Еще бы в морду себе дать, да самому как-то не получится. Может Антона попросить? Я просто красава - разделил задания так, что каждый занимался своим делом. Я и предположить не мог, что между этими делами есть связь.
- Что-то не так, Константин Павлович? – спросил тот.
- Нет. Тоша, дуй к ребятам, и достаньте мне эту гадину. Не спугнуть. Сначала, нужно выяснить кто этот человек-призрак. Вы остаетесь здесь и чтобы глаз не спускали. Все кто близко подходит к квартире моей или клиента – пробивать. Всем бошки поотрываю если еще будут проебы. Все понятно. Я уехал. – и выскочил из машины. Сел в свою и помчался в кантору.
***
Забегаю в кабинет и первым делом предупреждаю секретаршу, что меня не для кого нет, кроме Руслана. Чтобы как придет, срочно вела ко мне.
Дальше звоню бывшему сослуживцу и сбрасываю ему фото этого призрака. Он может не официально пробить информацию по официальным базам. Придется отдать почти весь гонорар от Руса, но времени самому выяснять почти нет. Тем более, теперь я понимаю, что Цветок непосредственный участник какого-то приближающегося пиздеца, а ее жизнь не имеет цены. Не могу усидеть на месте. Как заведенный хожу из угла в угол, прокручивая все, что мне сказал Руслан и то, что сказала Филиппина. Мало времени. Мало информации. Мало деталей. Я пытался соединить все в одну тугую цепочку, но мне все время не хватало маленькой детали. Нужен Руслан. Где, мать его, черти носят! Ругаюсь я про себя. И как по волшебству, он появляется в кабинете.
Мы киваем друг другу и быстро идем к стульям.
- Ты знаешь этого человека? – спрашиваю Руса и кидаю ему фото.
- Нет. Вижу впервые. – всматриваясь в лицо призрака, говорит он. – Кто это?
- А хрен его знает. – зло бросаю я. – Но этот человек прям популярен и с тобой как-то связан и с Цветком.
- Что? С каким Цветком? Кость, я впервые вижу тебя в таком состоянии. Что с тобой? – взволнованно спрашивает Рус. Видимо, я действительно выгляжу сейчас немного неадекватным.
Несколько мгновений пристально смотрю на своего друга, а потом решаю рассказать ему о Филиппине. Руслан слушает и с каждым моим словом приходит в ужас, видимо, понимая, что пиздец все-таки случится.