– На неочевидных у нас не только Кривощеков. Еще два следователя есть, а их поручения вы не выполняете! – взорвался Головачев. Крыть карту Кривощекова было нечем, разве что кивать в ответ на подобные кадры в угро. – И поручения других следователей, что на раскрытых сидят, ваши сотрудники тоже не спешат выполнять. Одни лишь отписки строчить умеют!
– Илья Юрьевич, – притормозил Головачева Мохов, пару раз хлопнув ладонью по столешнице, – мы сейчас нераскрытые преступления обсуждаем.
– Вот именно, – поддержал начальство Лусенко и не упустил случай поглумиться. – Без нас у вас бы вообще раскрытых дел не было! С такими то кадрами, – и он вновь всхрапнул.
– В общем так, товарищи! – Мохов повысил голос, заглушая разошедшегося начальника угро, – Не знаю, как вы это сделаете, и сразу говорю – отговорки я слышать не желаю! Но, чтобы к концу года показатели раскрываемости взлетели вверх! Я больше не собираюсь краснеть в Управлении! За прошлый год у нас самые низкие показатели в городе! За первое полугодие этого – скорее всего будет также!
Головачев с Лусенко уставились в стол, наливаясь кровью так как далее пошли ненормативная лексика и сравнения с представителями животного мира.
– Илья Юрьевич, – выпустив пар, уже более спокойным голосом обратился к подчиненному Мохов, – Шафиров вам нового сотрудника отправляет, выпускника нашего университета. Документы по нему уже в работе, я дал команду ускорить все проверки.
– Одного? – уточнил Головачев.
– Одного, – подтвердил Мохов, разведя руками. – В Управлении вчера у Шафирова сидели. Так сильно ругается наш непотопляемый, – вспомнив минувшее, Мохов поморщился. – Просил семерых, а получил лишь четверых. Так мне, Илья Юрьевич, с боем пришлось у коллег вырывать для вас сотрудника. Цените.
– Спасибо, Андрей Игнатьевич.
– Ладно, товарищи. Можете быть свободны. И повышайте раскрываемость, повышайте.
– Илья Юрьевич, ты чего, обиделся что ли? – Лусенко вновь ожил, когда они вышли из кабинета начальника милиции. – Да ты чего? Отбрехались и пошли дальше работать. На жизнь надо смотреть проще, – он заржал, игнорируя хмурый вид коллеги, и повернул в сторону угро.
Наконец последний поворот и Головачев на месте. Не обращая внимания на вскочившую с места, при его приближении, секретаря, с кипой бумаг на подпись, подполковник зашел в свой кабинет и грохнул дверью. Секретарь поняла, что начальство не в духе и не будет беспокоить его минуты три, в лучшем случае пять. Так-то Капитолина Ивановна числилась в учетной группе и даже имела звание, но все и всегда ее величали секретарем, а она не обижалась.
Усевшись в удобное кресло, Головачев прикурил сигарету, подвинул к себе пепельницу и прикрыл глаза, сбрасывая напряжение.
Через пару минут он услышал как скрипнула отворяющаяся дверь, затем совсем рядом зашелестели бумаги, которые Капитолина положила на его стол.
– Замов пускать? – тихо спросила она.
Он лишь кивнул.
В кабинет шумно зашли его заместители, переругиваясь на ходу. Головачев открыл глаза и прикурил новую сигарету.
Руслан Тахирович Курбанов его первый заместитель, курирует работу следователей, расследующих очевидные преступления, коренастых смуглый мужчина, приближающийся к сорокалетнему юбилею, как всегда, обогнал Левашова и занял место по правую руку от начальства.
Левашов Дмитрий Олегович – второй зам, курирует работу следователей, расследующих неочевидные преступления. Такой же коренастый, но на контрасте светлокожий и светловолосый, в этом году получивший звание майора, чем подстегнул Курбанова искать пути получения подполковника досрочно. Соревновательный дух в нем был силен как ни в ком другом.
Левашов обошел приставленный к начальственному стол и уселся напротив Курбанова.
– Дмитрий Олегович, – сразу же, пока подчиненные не заговорили и не увели разговор в дебри проблем следственного отдела, обратился ко второму заму Головачев, – в отдел нового следователя направили, выпускника нашего местного университета, я решил его вам отдать.
– А почему Левашову? – тут же вскинулся Курбанов. – У меня тоже следователей некомплект.
– Знаю, Руслан Тахирович, – стряхнув пепел в пепельницу, Головачев перевел взгляд на первого зама, – вот только Мохов поставил задачу повысить раскрываемость, а это в компетенции Левашова.