– То есть ты не веришь в историю равнинника? – спросила я, когда мы устроились.
– Верю, – Ёж нарезал прутьев и сейчас пытался что-то плести, – но сколько он пропустил из той истории? Каково полное пророчество? Так же не бывает: женится – счастье будет, не женится – надежда уйдёт. У тебя же бабка пророчествует помаленьку, как говорится, "почувствуй разницу".
– Бабушка на полгода только заглядывает. Что ты делаешь? – полюбопытствовала я.
– Хотел коврик соорудить, чтоб издалека казалось, что ты тащишь сумки на коврике.
– А тебе не темно?
– Нет.
На наше укрытие хлынул ливень, и с моей точки зрения в таком сумраке не стоило напрягать глаза. Над нами висело грозовое небо, впереди стремительно катились воды взбаламученной дождём реки. Дров оставалось мало, зато они были сухими. Тошка притих в своей тёплой норе и откликнулся на мои мысли о нём:
"Сплю"
– Дело не в том, на сколько заглядывать: на день или столетия. Суть в том, что у всего есть причины и следствия, – Ёжик сплёл из прутьев кособокую косичку длиной около метра и теперь сосредоточенно вталкивал между звеньев косы другие прутья. – Какое самое значимое бабушкино предсказание ты помнишь?
– Про то, как мы познакомимся с Зоей, конечно. Тебе помочь?
– Да, подержи в таком положении, – мне в руки сунули занятие, – если бы ты тогда не прискакала со своей погремушкой, они встречались бы тайком от тебя и поженились только зимой, а… ладно, это не обязательно.
– Что, что, скажи?
– А твой братишка родился бы раньше. Точнее, через пять месяцев после свадьбы. Так что насчёт полгода твоя бабка малость приуменьшила, а во-вторых, она просто выбрала тот вариант событий, на который могла повлиять, чтобы всё прошло наиболее безболезненно для тебя.
– А ты откуда знаешь? – подозрительно спросила я.
– Изучал ключевые моменты становления твоего мировоззрения.
– И что, многие ангелы знают?
– Нет, это мне было не всё равно, с кем идти, а так не должно быть. Ангелы не выбирают, а уж тем более разведчики. Всё-таки мы считаемся отличными исполнителями, но не психологами.
– Так ты тоже отличаешься от своих? А в нашей культуре, наоборот, представление об ангелах как утешителях, хранителях.
– Всё верно. К каждому приходят те, кого ждут. Тебе достался пионер.
– В смысле исследователь?
– Нет, просто с красным галстуком, – поддразнил Ёж, – и что это ты забраковала меня как хранителя? Мне кажется, я отлично справляюсь.
– Ты мне очень помогаешь, – согласилась я, – а к чему про Зою спрашивал?
– К тому, что тот вариант, который тебе выдали за правду, – это манипулирование. И со стороны равнинника, а в более глобальном смысле – со стороны правителей. Почему ты решила, что история про тебя? Может, это про ту принцессу, чей сын унаследовал трон обеих стран? – он отпустил созданную конструкцию, и она тут же начала расползаться, – оп!
– А если я свяжу магическими нитями, а со стороны будет казаться, что оно само держится? – мне стало жаль его трудов.
– Не стоит, смысла нет. Всё же я ангел Гермеса, а не Гефеста. Наверное, Тошке придётся тренироваться в беге по пересеченной местности.
Тошка открыл один глаз и тут же закрыл, чтобы не попасться под горячую руку. Я примирительно сказала:
– Не переживай, всё равно пора потихоньку укладываться спать. Давайте поедим и будем устраиваться на ночь.
Лило знатно. По времени ещё не было даже восьми, но сонное состояние побеждало. Мы улеглись рано, и я осторожно ворочалась, чтобы не задевать спутников.
– Даш, успокойся, а? Ты уже три раза меня пнула и два раза локтем по почкам заехала, следующая очередь моя!
– Прости, Ёжик, я всё думаю, чего хотел добиться равнинник при этой, как ты говоришь, манипуляции?
– Слишком мало данных, чтобы строить версии, – пробурчал мальчишка.
– Например?
– Например: в каких сейчас отношениях люди и нелюди? Как относятся в народе и во дворце к этому предсказанию? Почему до сих пор не объявили один из Подарков исполнителем пророчества? Не находишь, что это странно со стороны власть предержащих?
– Такая ерунда, а столько внимания, – удивилась я.
– Может, в этом разгадка, – согласился Ёж, – народ думает о Подарках, а не о налогах, к примеру. Тогда всё просто. Но! Остаётся равнинник! Спи пока. Что париться? Придём в люди и сами всё узнаем.
Глава 5. Моё Всемогущество Дарья-Волшебница
Я проснулась в три часа утра от зверского холода. Оказалось, что Тошка в поисках тепла выполз из сумки и залез между мной и Ежом. Как следствие, мне остался лишь маленький кусочек шубы и отличные жесткие прутья, брошенные разочарованным самоделкиным.